Книга Пышка-попаданка и ее скандальный кафетерий, страница 6 – Ольга Баринова

В зал вошла жена Корнелиуса и заняла свое место за спиной мужа. Она была одним из свидетелей, а вторым – странный друг покойного барона.

Корнелиус, воспользовавшись паузой, попытался вернуть разговор на нужное ему русло.

— Так что за условия, Марибель? Говори уже и подписывай.

Марина вернулась к нотариусу.

— Во-первых. В столице, как мне помнится, у нас есть пустующая лавка на улице Гончарной - угловое здание рядом со старой почтой. Она числится за родом Вейн, но пустует уже лет пять и никому не нужна. Я хочу, чтобы она была официально передана мне вместе со всеми долгами и налогами на нее - это будет моя проблема, а не ваша.

Корнелиус нахмурился, явно пытаясь найти подвох.

— Это развалюха? Забирай, мне не жалко.

— Во-вторых, - невозмутимо продолжала Марина, - поместье Дикая долина. Заброшенные луга на границе наших земель, старый сад и дом, из которого еще прошлой зимой съехал последний управляющий. Я знаю, что покойному супругу оно не приносило ничего, кроме головной боли в виде налогов на пустующую землю, и он давно мечтал от него избавиться, да не нашлось дурака, готового его купить. А также деревня Светлые Ручьи, право сбора арендной платы и соответствующие обязательства.

— Откуда ты... - начало было Корнелиус, но осекся.

— Это тоже отходит ко мне, - закончила Марина. - И в-третьих: за подписанный отказ от наследства ты выплатишь мне единовременное пособие, которое покроет ремонт лавки и хотя бы минимальное содержание поместья в первый год. Эту небольшую сумму ты прекрасно можешь себе позволить.

В зале снова повисла тишина - на этот раз изумленная. Юрист приподнял кустистые брови, явно не ожидавший такого поворота с ее стороны.

Корнелиус несколько секунд молчал, очевидно, пытаясь найти подвох и не находил его. С его точки зрения, глупая баба просила о сущих пустяках - разваливающаяся лавка да заброшенное поместье - вместо того, чтобы бороться за реальные богатства. Он даже усмехнулся про себя.

— Ты понимаешь, что это все ничего не стоит? Лавка сгнила, а поместье заросло бурьяном по пояс.

— Если все согласны, тогда ударим по рукам, - как ни в чем не бывало продолжила Марина, скрывая облегчение за маской равнодушия. - Раз это ничего не стоит, то мы быстро оформим все бумаги. Верно, господин магистр?

Юрист, пряча улыбку, придвинул к себе чистый лист пергамента и потянулся за новым пером.

Деверь только пожал плечами, всем своим видом демонстрируя, что делает большое одолжение сумасшедшей женщине.

— Как скажешь.

Марина стояла неподвижно, стараясь ничем не выдать бешеного колотящегося сердца. Никто в этом зале, кроме, может быть, того странного незнакомца у окна, не понимал, что она только что выторговала себе не жалкие подачки, а полную независимость: имя, крышу над головой, землю, которую можно засеять, и лавку в столице, с которой любой безработный технолог-кондитер прекрасно знал, что делать.

Пока чиновник скрипел пером, заключая новый договор, Марина позволила себе слегка улыбнуться. Никому не нужный, забытый уголок этого мира только что превратился в ее личный шанс на достойную жизнь.

Оставалось только подписать бумагу - и не обращать внимания на то, каким пристальным взглядом сверлит ее незнакомец у окна, словно уже знал о ней и этом заброшенном поместье что-то, чего она сама не знала.