Книга А единороги будут?, страница 187 – Ирина Смирнова

— А какой я именно член?

— Ну, брат у меня уже есть, муж тоже. Придется тебя усыновить, — ответила я, и мы минут пять ржали, поглядывая друг на друга и всхлипывая от смеха.

Потом Ярим выдал:

— То есть я тоже могу называть тебя мать Мируан или лучше мамочка?

И нас снова накрыло… смехом.

Двенадцать часов мы ехали, болтали и смеялись. Иногда Ярим срывался, и я его утешала. Пару раз сорвалась я… Просто мы начали рассказывать друг другу о своей жизни, потихоньку, помаленьку, осторожно… и увлеклись. В итоге, под конец пути, мы знали друг о друге все, правда, и твари в туннеле — тоже, но мы их игнорировали. Хотя они настырно влезали в наши головы со своими комментариями и разными предложениями.

Но нам было весело и удивительно хорошо вместе, несмотря на косые взгляды Рикиши, удивленные — Бхинатара, ехидные — Нибраса и, похоже, честно завидующие — Чхара.

Но самое интересное выяснилось, лишь когда этот двенадцатичасовой переход закончился, и я наконец–то смогла вылезти из седла и почувствовать под ногами землю. Оказывается, всем остальным нас было не слышно! Я сумела возвести купол тишины в демоновом туннеле… Не то, чтобы до меня никто ничего подобного не делал, но для рядового мага это потребовало бы значительных усилий, а я только в самом начале пути его представила и все. Больше даже не обновляла и не проверяла ни разу. Пустяк, а приятно. Магически я продолжаю развиваться, и, судя по всему, до предела еще далеко. Интересно, кого мне следует благодарить за такой подарок?

Двенадцать часов без остановки, подавляя магией все позывы организма, и собственные, и подопечных. Понятно, что первым делом, едва мы оказались на земле, мальчики рванули налево, а девочки — направо. А после ужина дроу отправились на охоту, потому что запасы еды уже подходили к концу.

Понимая, что если сейчас я лягу спать рядом с Рикиши, то мое желание навести порядок в наших отношениях растворится, растает от его объятий и… я сама себя уважать перестану, не то что окружающие меня мужчины. Смысл был вставать в позу, блоками отгораживаться, пусть и не специально… Но не за мужем же мне бежать с криками: «Заберите меня с собой, а то я сама за себя не отвечаю!».

Нибрас глухим покашливанием напомнил мне о своем существовании. Лечь спать с инкубом? Интуиция вопила, что этого не оценят и не поймут ни Бхинатар, ни Рикиши. Значит, остается только одна подходящая жертва. Ярим.

И плевать, о чем они там нафантазировали, пока мы двенадцать часов то плакали, то смеялись, прижимаясь друг к другу.

Гном все понял без слов, потеснился на своем плаще, накрыл нас двоих моим и даже непристойный жест Рики показывать не стал. По–моему… Потому что я почти сразу вырубилась, хотя, сквозь сон слышала, как вернулись наши добытчики и почувствовала, как Бхинатар лег рядом, перетаскивая меня к себе.

А утром я проснулась от тихого разговора, очень тихого и где–то в отдалении, но если обострить магический слух.

— Тебе не жаль девочку?

— Эта девочка не нуждается в жалости!

— Она нуждается в правде.

— Она к ней еще не готова и когда узнает все, — я ее потеряю.

— Ты и так ее теряешь. Или ты настолько тупой, что этого не понимаешь?

— Понимаю… Понимаю! Но сделать с этим ничего не могу!

— Поговори с ней. Ты должен с ней поговорить.