Книга А единороги будут?, страница 190 – Ирина Смирнова

— Леди? Простите, наверное, я слишком увлекся, и вы расстроились.

Сейчас передо мной скромный и вежливый образец отличнейшего аристократического воспитания. Тот Рикиши, в которого я влюбилась. Так, сейчас самое время принять решение, очень важное и, скорее всего, или тяжелое или неправильное.

— Леди? Не надо смотреть на меня так, как будто я умер. Я здесь, с вами, и никуда от вас не денусь!

Кривоватая родная до боли улыбка резанула по сердцу и, я, как ни старалась удержаться, все же всхлипнула. Логики в моем решении резко отстраниться и впасть в печаль не было никакой, но разве женщинам нужна логика?

— А потом, когда все закончится? — спросила, стараясь хотя бы не зарыдать у всех на глазах.

— Так далеко вперед я никогда не загадывал, — честно… как обычно, честно увильнул от ответа Рики. — Давайте поговорим об этом несколько позже? Конечно, если вы не собираетесь возвращать меня обратно в семью Тарнизо.

Я смогла только помотать головой и, развернувшись, направиться в сторону Грыфа и Ярима.

— Идиот! — тихо буркнул Нибрас, недобро зыркнув на моего нетопыря. Я остановилась и обернулась, чтобы увидеть виновато–растерянное любимое лицо.

— Леди? — Рикиши проговорил это телепатически, пользуясь тем, что блок, разделяющий нас, рухнул. — Вам нельзя сейчас в демоновый портал в таком состоянии. Или тогда, пожалуйста, поехали вместе!

— Нет. Яриму хуже, чем мне.

— Леди, вы сами сейчас идеальная жертва для охотников за душами, — о том, что ему плевать на гнома, сказано не было, но чувствовалось очень хорошо.

— Для достижения поставленной перед нами цели, душевное состояние Ярима тоже имеет значение, — спокойным, практически безэмоциональным голосом произнесла я.

Внутри все заледенело. На душе пусто, тоскливо, тошно и, что самое обидное, для этого нет никаких внятных логичных причин.

Рикиши, закрыв глаза, молчал, только желваки на четко очерченных скулах двигались, и кожа снова начала бледнеть и истончаться.

Так, выдыхаем. Спокойствие, главное — спокойствие. Тоже мне трагедию придумала. Ну, влюбилась в фанатика, с кем не бывает? Все мы в чем–то фанатики. Кто–то в работе, кто–то в спорте, кто–то в политике, кто–то в религии. Мужчины — они, вообще, не могут иначе, у них же всегда должна быть какая–то цель, великая миссия, иначе им жить скучно. Они тогда хиреют или жиреют, чахнут, сохнут и дохнут. Им нужна цель. Идея. И это же здорово, что я не сижу в башне у окошка с вязанием или вышиванием вся такая неприступная в кокошнике и с косой под три метра в ожидании, когда мой рыцарь явится обратно с ключами от трусов… Нет, мне крупно повезло! Я не только таскаюсь вместе с ним, я еще и полноправная участница, важная составная часть, без которой всей миссии придет кирдык, капец и трагический конец.

И, вообще, надо радоваться тому, что имею, а не придумывать себе поводов для страданий о том, как оно все будет, когда мы, наконец, спасем мир. Мне же честно пообещали ответить, когда все закончится.

— Леди, я мог бы вам солгать, и вы бы мне поверили. Тем более это не было бы уж такой откровенной ложью, а всего лишь небольшим преувеличением тех чувств, что я испытываю к вам. Но я не хочу этого делать, понимаете?! Вы все время обвиняете меня в том, что я вами манипулирую и делаю вам больно, играя с вашими чувствами. Но это не совсем так. Если бы я играл, я бы… — Рики махнул рукой и посмотрел на меня как–то странно, вот тем незнакомым взглядом упертого фанатика, для которого нет ничего в жизни важнее выполнения возложенной на него миссии. — Простите, леди, но я не могу вас обманывать. Это будет подлостью. И… Вообще, вы достойны быть счастливой с нормальным мужчиной. Семья. Дети… Бхинатар будет чудесным отцом, вот увидите.