Книга Развод. Отринутая истинная генерала-дракона, страница 19 – Мила Зайн

Хватит.

Я — генерал. А не раздавленный горем вдовец. Я пришел за ответами.

Распахиваю дверь без стука.

Лиран стоит у окна. Ее силуэт четко вырисовывается на фоне темного, усыпанного звездами неба.

Рядом мельтешит тень ее служанки. Завидев меня, девушка бледнеет, кланяется и почти бегом исчезает из покоев, оставляя нас наедине.

Лиран не оборачивается.

Стоит, словно изваяние, и я вижу лишь изгиб ее шеи, прямую спину, пепельные волосы, собранные в сложную прическу.

И в этот момент происходит то, чего я не жду. То, к чему я не готов.

Дракон внутри меня, тот, что только что выл от тоски и протеста, вдруг замолкает. Тишина длится одно биение сердца, а затем… он издает низкий, гортанный, собственнический рык.

Звук вибрирует у меня в груди, и я не понимаю, что происходит.

Мой зверь не в ярости. Он больше не пылает ненавистью так же, как и я сам. Как будто… он узнает Лиран. Еще и радуется ей! Так он рычал, когда я возвращался к Айлин после долгого похода.

Что за дьявольщина?

Я делаю шаг в комнату, и мое тело ведет себя странно. В жилах вспыхивает жар, которого я не чувствовал с той ночи, когда Айлин прогнала меня.

Мышцы напрягаются, кровь стучит в висках. Зверь внутри рвется… к Лиран?

Не просто рвется, а тянется, как к единственному источнику света в беспросветной тьме.

Я в ахере.

Смотрю на свои руки, на сжатые кулаки, на тело, которое больше мне не подчиняется. Разум кричит: «Это же Лиран, ведьма, из-за которой я потерял Айлин», но плоть… плоть жаждет ее.

Ведьма, должно быть, чувствует это. Медленно, с ленивой грацией хищницы, она оборачивается.

Что за темное колдовство она использует, чтобы свести меня с ума?

Рагнар стоит в дверях.

Живое воплощение моего кошмара и самого отчаянного, постыдного желания.

Тьма в его золотых глазах так густа, что, кажется, может поглотить весь свет в комнате.

Он не просто пьян. Он отравлен. Горем, виной, яростью. И этот яд сочится из каждой поры, пропитывая воздух.

Его дракон не просто рычит, он вибрирует в самом основании замка, заставляя дрожать стекла в окнах и мое собственное сердце в груди.

Я замираю у окна, спиной чувствуя ледяное прикосновение стекла, а грудью его обжигающий взгляд.

— Ответы, — его голос, низкий и хриплый, скребет по моим нервам. — Я пришел за ответами, ведьма.

Ведьма.

Слово бьет по нервам, но я не позволяю себе дрогнуть. Я заставляю свое новое, сильное тело стоять смирно, вкладываю во взгляд всю ледяную надменность, на какую способна.

— Генерал, — цежу я, пробуя на вкус яд на устах женщины, которую ненавижу. — Вы забыли, как стучаться? Или после убийства жены вы решили отказаться от всех манер?

— Не смей говорить о ней, — рычит Рагнар, и его аура давит, выбивая воздух из легких.

Он заходит в комнату, а его зверь… меняется.

Глухой, угрожающий рокот вдруг сменяется низким, гортанным урчанием. Звук, который я слышала тысячи раз, когда мой генерал возвращался ко мне после долгой битвы.

Мне слышится звук узнавания в рычании дракона. Нотки собственничества. И радости.

Мой мир на мгновение останавливается.

Его зверь… он меня узнал. В этой чужой оболочке, сквозь слои магии и лжи, его первобытная сущность почуяла свою пару.

Лицо генерала искажается от шока. Он смотрит на меня, потом на свои руки, словно тело его предало. В его глазах проскальзывает чистое безумие.