Книга Функция: вы, страница 287 – Юлия Домна

Он замолчал. Функция задумчиво опустила ресницы. Я смотрел, как она уходит вглубь себя, чтобы выйти в ледяной космос абсолютного знания – а думал только о том, что вместе со всеми заставлял Хольда быть не тем, кем он был.

— Свобода воли, – провибрировала госпожа-старший-председатель, – глупейший из современных мифов. Но из-за таких как вы, она становится фетишем. Трофеем за мнимую победу над естественным ходом вещей.

— Блаблабла. Синтропы умеют общаться без высокопарных интерлюдий?

Функция отвернулась и посмотрела на Дедала. С летописным бесстрастием тот изучал обертки, оставшиеся от Хольда, но поднял голову, и по тому, с какой широтой прошелся его взгляд, я понял, что мысли госпожи-старшего-председателя затмили горизонт событий.

— Господин Ооскведер, – прошелестела функция. – Что бы вы сделали, если бы оказались единственным выжившим в экспедиции, погибшей от сибирской язвы, не похожей на сибирскую язву?

— Я сделал бы все, чтобы узнать правду.

— И что бы вы сделали, узнав правду?

Хольд задумался:

— Не знаю. Зависело бы от многих вещей.

— Вы удивитесь. Всего от двух. Это ваша незаживающая ненависть к угнетателям и крупный научный грант, уведомление о котором вы не получили, так как практиковались в экспедиции. Вы учились на врача, но собирались уйти в науку. Вас пригласили работать с лазерами, не так ли?

— Обещали, что будет как в «Звездных войнах».

— Солгали. То, что вы называете выбором – лишь последовательность обусловленных реакций. У людей нет свободы воли. За вас выбирают гены, химия и гомеостаз. В бутылочном горлышке обстоятельств ваше будущее было определено циклоидностью вашей психики и чужой оценкой ваших выдающихся способностей. Полагаю, вам не составит труда просчитать реакцию на правду у молодого аффективного ученого с денежным, а, в будущем, и человеческим капиталом?

Хольд хмыкнул, помолчал.

— То есть, я загремел за неудобную позицию? За то, что мог бы ограничить ваше влияние? За то, что вам прибавилось бы работы в виде подробных отчетов о всякой чуши типа «Эгиды»?

— За массовое убийство.

Я вздрогнул.

— Мы спасли вас не для того, чтобы помешать Дедалу исполнить свою оптимизирующую функцию. Прибыв на станцию прежде, чем он нашел под вас функцию, мы успели просчитать последствия вашего спасения. Да, существовали вероятности, где мы могли отвлечь вас, договориться, даже обернуть против собственных изысканий, но речь о несбыточно десятых долях. В подавляющем массиве вероятностей вы интерпретировали правду сообразно нраву и развернули мощные кампании, пытаясь уничтожить нас. Мы не могли так рисковать. Вы можете ненавидеть лично меня или наблюдательные советы, но помимо научно-технологической корпорации «Палладиум Эс-Эйт» существуют и те, кто живет в вашем обществе, не раскрывая себя. Они потворствуют вам, играют по вашим правилам, даже если это значит отказываться от близости к себе подобным. Вы убили бы их тоже. Дедал должен был сделать вас контрфункцией, верно. Но в масштабе системы истинной оптимизацией оказалось то, что мы успели ему помешать.

Хольд заслонил глаза рукой. Единственное, что я мог, так это сказать: нет. Сказать: это неправда. Единственное, что я мог, так это солгать.

— Как? – обронил Хольд. – Я имею в виду, как именно?