Книга Кровавые легенды. Русь, страница 28 – Александр Матюхин, Максим Кабир, Дмитрий Костюкевич, и др.

Стыдоба.

Она сходила в туалет, быстро промыла рану, заклеила пластырем и на цыпочках вернулась в кабинет. Там сидел встревоженный Ранников.

— Что случилось? – спросил он тут же. – Твои сообщения. Я как прочитал, сразу рванул к реке, а тебя там нет. Потом пишешь эти странные голосовые про Моренко и бандитов. А тут еще следы на полу. Сейчас вся администрация на уши поднимется.

— Вызови уборщицу, – пробормотала Надя, падая в кресло и ногами нащупывая тапочки. – Мне уже все равно, честно. Дай выдохнуть. С этим твоим музыкантом с ума сойду.

Она быстро пересказала произошедшее на берегу, закончила тем, как вдвоем с Моренко вышли обратно к ухоженной набережной, как он снова купил Наде мороженого, усадил на скамейку и травил какую-то дикую, полусумасшедшую историю про речного царя.

— Представляешь, он придумал байку, будто в семнадцать лет заключил договор с местным речным царем. Ну, как сделку. Моренко думает, что утонул, а царь вернул его к жизни, взяв зарок: жениться на его старшей дочери. Но не сразу. У подводных жителей якобы метаболизм медленнее, и нужно подождать, пока невеста вырастет. Короче, вот он сейчас и приехал на свадьбу. Такая чепуха, представляешь?

— Жениться на дочери речного царя? – уточнил Ранников, улыбнувшись. – Нет, дорогая, больше я тебя с ним один на один не оставлю. У музыканта совсем крыша потекла, кажется.

— Ага. Но есть пара моментов, которые я не поняла. Кручу в голове уже час. Когда он мужику щеку ножом порезал, оттуда не кровь полилась, а какая-то жижа грязная.

— Это тебе от шока могло так показаться.

— Этот мужик потом в воду прыгнул и не всплыл.

— Опять же, откуда такая уверенность? Может, выбрался где-нибудь под берегом, где тебе не видно было. Мало ли. – Ранников погладил Надю по волосам. – Согласен, странная херня, но не в речного же царя верить, честное слово. Какие-то долги старые у этого чудика. Мало ли что он там кому должен. Братки из столицы его вычислили, приехали, а он тебе наплел с три короба, чтобы не пугать особо.

— Не пугать… – хмыкнула Надя. – Я к нему на километр больше не подойду с такими загонами. Но вот еще что странно. Братки эти ничего у него не требовали. Только хотели, чтобы он в Бореево остался и никуда не уезжал. Якобы запрещено.

— Ждут какого-нибудь босса. Мелкие сошки, сами ничего не решают. Я с такими общался, еще когда на рынке работал.

— На все у тебя есть логичные ответы.

— А как иначе, Надьк? Опыт – дело наживное. А ты у меня молодая, наивная.

— Не наивная, – ответила Надя. – Конечно, про речного царя не поверю. А вот в то, что Моренко не в себе, – это стопроцентно. Видимо, его ночной мандраж был связан с этими братками. Он знал, что их встретит.

— Конечно знал. Конечно. Но давай, милая, я пару звонков сделаю, назначим ему другого помощника. Ты все-таки мой человек, а не жабий. Пусть она из своего штата кого-нибудь пихает.

Ранников бегло поцеловал ее, косясь на дверь, потом выскочил из кабинета, делать звонки. Надя вытянулась в кресле, закрыв глаза. Не шла из головы сцена, в которой нож рассекал мужское лицо, а вместо крови хлынула грязная речная вода. И ведь Моренко подготовился, взял с собой нож. Где только раздобыл в отеле. Или с собой привез?

— Как у вас дела?

Внезапный женский голос заставил Надю вздрогнуть. Перед столом стояла Галина Сергеевна собственной персоной. Одной рукой прижимала к груди толстую папку серого цвета, а второй облокотилась о спинку стула.