Онлайн книга «Кровавые легенды. Русь»
Восстанавливать лодку не стали. Извлекли двигатели, котлы, донки, вспомогательные механизмы, а корпус разделали на лом-габарит и отвезли на склады «Рудметаллторга». * * * «Из книг, откуда ж еще…» Как Настя дышит, когда читает? Как вздымается ее полная грудь? Все свободное время Куган проводил в Морской библиотеке. Рылся на полках, принюхивался к кожаным фолиантам и бумажным переплетам, горбился над бесконечной чередой страниц. Библиотека окружила соблазнами. Он изучал модели подводных аппаратов, начиная с «колокола» Александра Македонского и кончая фантастическими проектами субмарин. Рассматривал с лупой морские пейзажи на страницах заграничных журналов. Вглядывался в фотографии полотен Билибина, Крамского, Шишкина, Маковского: искал у русалок хвост. Два дня провел среди волшебных мокроколлодионных снимков La Photographic Sous-Marine Луи Бутана. На энный день он заметил в библиотеке Настю. Она проплыла между стеллажами и скрылась за поворотом. Он бросился за ней. В пустом проходе стоял гнилостно-травянистый аромат. По паркету тянулся широкий слизистый след, обрывающийся на сбегающих в холл ступенях. — Сам Лев Николаевич к нам захаживал, – шепнул проходящий мимо библиотекарь. Куган вернулся к столу, на котором обнаружил «Очерки русской мифологии: Умершие неестественною смертью и русалки». Куган пробежал по оглавлению, открыл книгу на главе «Русалки» и стал читать: «Что русалки – жены водяных, это поверье нужно признать общераспространенным в русском народе». «Иные наши источники говорят, что в виде голой бабы, чешущей голову у воды или в воде, является просто-напросто черт». «Кое-где в Малороссии знают еще особых морских русалок с рыбьим хвостом вместо ног. Эти русалки носят особые имена: фаляроны и мемозины». «В старину удавленниц и утопленниц не проклинали, и потому их души и превращались в русалок, а теперь священники удавленников и утопленников проклинают, и оттого русалок стало меньше». «Гораздо реже, в виде исключений, встречаются три следующих воззрения, из которых одно считает русалок оборотнями женщин, превращенных Богом в наказание за грехи; другое причисляет к русалкам покойников, умерших в определенное время года, а именно – во время русальских праздников; третье – отождествляет русалок с “фараонами”. Это последнее мнение, равно как и первое, носит ярко выраженный книжно-христианский оттенок, и их необходимо признать сравнительно новыми…» |