Книга Комендантский час, страница 89 – Джейн Коуи

Ее так и подмывало ему признаться. Чем больше она говорила, чем больше подробностей выдавала, тем более счастливым он выглядел. Знакомые искорки вспыхивали в его глазах всякий раз, когда она рассказывала о том, что бесило ее в Саре больше всего. Кэсс с изумлением обнаружила, как многое она ненавидит в матери, включая новую стрижку и неуклюжие туфли.

— Какая же тупая у нее работа! – услышала Кэсс свой голос. – Они сидят там, задрав носы, ощущая свое превосходство и издеваясь над мужчинами, которые к ним приходят. Однажды она призналась мне, что они ведут таблицу, скольких мужчин они могут вывести из себя, с тем чтобы потом вызвать полицию. По их мнению, это смешно.

Ничего подобного, конечно же, не было, но Кэсс оказалось невероятно легко убедить себя в том, что именно так и происходит.

— Кошмар, – сказал отец. – Но это меня не удивляет, после того как я выслушал истории других мужчин в тюрьме.

— О боже. Правда? – Кэсс сделала паузу в надежде, что он расскажет подробнее, но он, к сожалению, этого не сделал. Он допил чай, и она подалась вперед. Все, что было нужно ей сейчас, – удержать его внимание. Она так долго была этого лишена.

— Однако они не так умны, как думают.

— Конечно, нет, – согласился Грэг. – Тираны умом не блещут.

Они встали, собираясь уходить. Это твой папа, напомнила она себе. Ты обязана сделать это для него. Как только они оказались снаружи, она взяла его за руку.

— Знаешь, какие они глупые? Когда я была там, я стащила ключ от браслетов.

Он замер.

— Что?

— Когда я проходила у мамы стажировку. Я взяла один из ключей. – Кэсс почувствовала, как рот наполнился слюной, и сглотнула. – И он работает.

— Блин, Кэсс, – пробурчал он.

Едва она успела среагировать, как он схватил ее за руку и вытащил из кафе.

— Отпусти! Ты делаешь мне больно!

Но отец не отпустил, а потянул за автобусную остановку. Они оказались на грязной дороге с разбитым тротуаром и фургоном с гамбургерами, который, судя по его виду, не открывали целую вечность. Наконец он ослабил хватку, и Кэсс сделала шаг назад, потирая запястье. Она испытывала замешательство и страх.

Грэг начал расхаживать туда-сюда, после чего развернулся и подошел прямо к Кэсс, едва не наступив ей на ноги.

— Ты кому-нибудь об этом говорила?

— Нет, – солгала она, чувствуя, как дрожит нижняя губа.

— Хорошо. Черт возьми, постарайся сделать так, чтобы и впредь никто не узнал.

— Я не дура, пап. – После всего, в чем она ему призналась, Кэсс была ошарашена такой реакцией. – Я думала, ты обрадуешься.

— Чему мне радоваться? Ты хоть представляешь, что со мной произойдет, если кто-нибудь узнает, что ключ у тебя? Меня отправят прямиком в тюрьму. И на этот раз дадут не три месяца, а пять лет.

— За что тебя отправят в тюрьму? Это не имеет к тебе отношения!

— Потому что так устроена система. Стоит тебе нарушить комендантский час, как они будут использовать любой предлог, чтобы доставить тебе неприятности. Вот почему многие мужчины возвращаются в тюрьму.

— Ты в тюрьму не вернешься, – пообещала ему Кэсс. – Повторяю: никто не знает, что ключ у меня.

— Ладно. Пусть так и останется. Потому что возвращаться туда я не готов. Ни ради кого на свете. – Он посмотрел на Кэсс. – Даже ради тебя.

Отец ушел, оставив ее одну глотать слезы. Кэсс вытерла лицо рукавом куртки. Его гнев напугал ее, в голове всплыло то же воспоминание из прошлого, как и другой эпизод, одно утро в прошлом году, когда возник спор по поводу какого-то счета по кредитной карте. Грэг тогда сказал, что ей понадобилась новая пара обуви для школы, и он ее купил, и да, туфли дорогие, но разве он не имеет права тратить на свою дочь? Кэсс очень ждала и была разочарована, что туфли так и не материализовались. Когда она позже спросила о них у отца, тот лишь ответил, что ее мать заставила их вернуть. Он добавил, что не хотел выходить из себя, и ему жаль, что ей пришлось стать свидетельницей их ссоры, но Сара порой ведет себя так неразумно.