Книга Убийственно розовый сад, страница 12 – Диана Пенроуз

Она тактично раскланялась, кивнула вошедшему покупателю и выпорхнула из магазина.

Новый посетитель, тучный мужчина средних лет в помятом рабочем комбинезоне, не стал ничего говорить, просто молча ткнул пальцем в один из самых объемных и, увы, претенциозных букетов, на ленте которого были выведены стандартные слова прощания. Сама Пенелопа находила эту композицию, собранную из алых роз и белых лилий в обрамлении блестящего целлофана, чудовищно безвкусной. Тем не менее, таких букетов у нее было заготовлено немало, причем не только для печальных событий, но и для праздничных. Они пользовались стабильным спросом у определенной части клиентов. И Пенелопа, хоть и обладала тонким вкусом, который привил ей отец, здраво рассуждала: нужно платить за дом, за материалы, за новые саженцы. Она быстро упаковала выбор мужчины, рассчиталась с ним и едва успела закрыть дверь, как колокольчик снова зазвенел.

На этот раз в магазин, словно пара взъерошенных воробьев, впорхнули две почтенные старушки, неразлучные подружки миссис Хиггинс.

— Пенни, дорогая! – защебетала одна из них, миссис Поттер, беспокойно озираясь. – Ты не видела Клару?

— Миссис Хиггинс была здесь, но ушла буквально минут десять назад, – ответила Пенелопа, откладывая в сторону ножницы.

— Ой, мы, видно, с ней разминулись! – сокрушенно всплеснула руками вторая, миссис Гловер. – Мы как раз оттуда, с холма… Хотели обо всем расспросить. Ты ведь, наверное, не видела, что творилось после? Когда уже все случилось?

Пенелопа отрицательно покачала головой, и старушки наперебой принялись делиться новостями.

— Представляешь, скорая примчалась буквально через десять минут! – воскликнула миссис Поттер. – Но уже было поздно, бедняга… Фельдшер вышел из толпы и только развел руками.

— А потом и полиция подъехала, – с важным видом добавила миссис Гловер. – Целых три машины! Участок оцепили желтой лентой, как в настоящем детективе. Всех распугали, никому не разрешали подходить. Инспектор Брайс допрашивал членов жюри чуть ли не по часу каждого!

Пенелопа вежливо кивала, заворачивая выбранные старушками скромные букетики. Она мысленно отмечала, что, по сути, ничего нового для себя не услышала. Да, она не видела сам момент трагедии и последовавшей за ней суматохи – лишь ее тревожные отголоски. Но общая картина, которую так красочно живописали старушки, была ровно такой, какой она себе ее и представляла: спецтранспорт, оцепление, официальные лица.

Старушки, забрав свои скромные букеты, поспешно покинули магазин, явно устремляясь на встречу с более разговорчивой, нежели Пенелопа, миссис Хиггинс. Едва за ними закрылась дверь, колокольчик снова прозвенел, на этот раз пропуская в магазин солидную фигуру мистера Арчибальда Финча, нынешнего председателя судейской комиссии фестиваля и владельца самого старого и уважаемого в Розмари-Хилл питомника декоративных кустарников.

Мистер Финч был мужчиной лет пятидесяти, с седеющими висками, аккуратно подстриженными усами и осанкой, выдававшей в нем человека, привыкшего к уважению. Его появление в магазине в такой день было знаком особого статуса события.

— Здравствуйте, барышня Пенелопа, – пробасил он, снимая шляпу.

— Здравствуйте, мистер Финч, – вежливо ответила она.

— Какая трагедия, какая неслыханная трагедия, – запричитал он, качая головой, и Пенелопа снова принялась кивать, ожидая привычного потока соболезнований.