Книга Алмаз, страница 39 – Таня Лаева

Вдруг черты его смягчаются. Он переступает через ярость и просит. Впервые.

— Пожа… – запинается, слово то незнакомое, – луйста. Если ты не поможешь мне ее найти, отец убьет ее.

— Скорее она сделает это раньше.

Воздух между нами сгущается. Он подлавливает меня. Понимаю, что проговорился.

— Зачем ей убивать его?

Мои глаза бегают. Я в растерянности. В глазах Ромы – рой догадок. Он всегда страдал маниакальной паранойей.

— Я хотел сказа…

— ТЫ СКАЗАЛ, ТО, ЧТО СКАЗАЛ!!! Ты убил брата! Чуть не убил отца! Угрожал Хрустальной! ГДЕ ОНА?!

Упругое эхо отталкивается от обшарпанных стен. Взрывается на сотни «ГДЕ ОНА?!». Слышу где-то стук каблуков конвоиров.

— Вы трое… вы все заодно? – Рома бьет по ржавой решетке. – Это ты вызвал этого выродка сюда?!

Опускаю глаза.

Вспоминаю как вчера открыл ноутбук. Проверил почту.

Сообщений нет. Отчаяние. И мысль: «Она не будет свободна пока жив Воронов».

Листаю старую записную книжку. Пишу: «Прилетай. Твой Алмаз в Новосибирске. И я тебе его передам. Встретимся у больницы, где лежит Виктор Сергеевич Аристов».

— Соболев! Алё, мля!

Удар ногой по замку. Решетка хрустнула. Разболтанные петли взвизгнули.

Молчание – мой лучший ответ.

Непомерное чувство вины. Страх за Таню. Все это давит, душит. Внутри надлом.

Слышу, как шевелятся извилины посетителя. Полет его безумных мыслей не остановить. Вижу, как он лихорадочно перебирает в уме факты.

— Нет, ты не можешь быть Алмазом… – он мечется по коридору, судорожно что-то вспоминая, бормоча себе под нос.

Понимаю, о чем он сейчас думает…

Холодный осенний вечер. Льет как из ведра. Зашитые курьеры загнаны в ловушку.

Мы с Ромой и Киром занимаем позиции на крыше заброшенного склада. Группа прикрытия рассредоточилась по периметру. Мы должны взять огонь на себя, чтобы наши люди смогли добраться до перевозчика по другую сторону леса.

Внезапно громкий хлопок разрывает тишину. Первая пуля впивается в бетонную стену в метре от нас. Вторая прошивает ящик с оружием.

— Костян! Гранаты! – кричит Аристов, мы смотрим вниз сквозь дырявую крышу.

Темная фигура появляется. Алмаз. Стреляет в меня. Пуля оцарапала ухо.

Взрыв в центре склада, бойцов осыпает осколками. Дымовая завеса скрывает передвижения киллера.

Оперативники вяжут спецотряд. Берут наших ребят. Мы успеваем спуститься по другую сторону и уйти через лес. Только мы трое.

Выстрел вслед срывает с дерева кусок коры.

Вспышка света. Амбар полыхнул огнем, группа захвата пакует наших. Мы потеряли тогда семь бойцов и девять перевозчиков.

В тот день мы вернулись раненые в лазарет. Таня пришла лишь через час, ее виски были в копоти.

— Хрустальная! – рычит Рома на весь коридор изолятора.

Кулак летит в стену. Штукатурка осыпается. Тиканье часов становится невыносимо громким. Быстрым.

— Таня – Алмаз… – вдруг произносит он, – А ты ее покрываешь… ты сел ради нее. Ты убил Кира ради нее. Ты работаешь на нее! – все громче и громче он бросается обвинениями, – ТЫ ТРАХАЕШЬ ЕЕ!!!

Вижу смерть на его лице. Он делает шаг назад, сжимает кулаки. Его дыхание заглушает стрелки.

Он подлетает к решетке и начинает вырывать ее. Грохот стоит на весь СИЗО. А я стою как на плахе и жду расправы.

Петли не выдерживают. Роман врывается внутрь и валит меня с ног. Удар в скулу. Искры из глаз. В живот. Выбивает воздух из легких.