Книга Так Бывает, страница 38 – Никтория Мазуровская

— Я пытался, Татьяна Юрьевна, но разве ж меня кто слушает? – этот тоже пытался не ржать,– меня саму от напряжения аж потряхивало, и до них всех кажется наконец это дошло. – Татьяна Юрьевна, а чего это ты так глазами зло сверкаешь?

— Я то? Да меня тут, понимаешь, муж до трусов обобрать хочет, на нас в суд подали, дядя мой на меня обиду затаил горькую, а еще в школу вызвали, ага, вот и потряхивает.

— А в школу зачем?

— Да у вас у всех, видимо день такой, мордонабивательный, вот и Кирилл не утерпел, тоже кому-то съездил, – сил смотреть на этот театр абсурда не было, нервы уже…на пределе.

— Может все-таки стакашку хряпнешь?

— Дыхну на ментов спиртным амбре и они вместо Кирилла мне за вождение, в нетрезвом, вкатают? Отличная идея.

— Мое дело предложить, ваше дело отказаться, – он пожал плечами и двинулся к так и стоящим Санычу и Диме, – все мужики, хорош. У нас и так проблем хватает. Леонидовна, тащи коньяк. И корвалолу Татьяне накапай, а то она сейчас взорвется. И себе тоже накапай.

— И в самом деле, не стыдно вам пожилую женщину пугать? Устроили тут цирк. Сан Саныч, я же просила!

— Твой отец в это дело душу, да что там, всю жизнь вложил, а ты ему хочешь всё отдать??? Что я должен был делать?

Дима, до этого молчавший, вдруг улыбнулся и, глядя мне в глаза сказал:

— Все мое- твое, так ведь Таня, а твое -мое?

— Не подавишься таким куском, а то я ведь не жадная, отдам все, что есть, подпишу все бумаги, даже спорить не буду, – от моих слов его перекосило. – Ладно, все живы-здоровы, я тогда поехала.

— Куда? – рявкнул Дима, Саныч уже хотел ему что-то сказать, но я его перебила.

— Ты как всегда слушаешь только себя, а остальное мимо ушей пропускаешь.

— Давай все претензии наедине обсудим.

— А давай ты прекратишь устраивать театр и просто оставишь нас в покое.

— Я бы с удовольствием, но ты пока еще МОЯ жена и ни о каком покое и речи быть не может.

— Вот именно, что пока, Дима, и я еще раз повторяю, соглашусь на любую сделку лишь бы нас развели!

— Таня…– начал он с предупреждением в голосе.

— Иди к черту!

Больше ничего не говорила, вышла в коридор, пытаясь не слушать опять начавшего орать Саныча. Господи, что за идиотизм? Устроили тут соревнования кто круче и главнее, мужики гребанные…

— Стой! – Олег догнал на лестнице, – Куда ты за руль такая чумная? В аварию влететь хочешь?

— Отстань, нормально все со мной!

— А то я не вижу нормально твое, руки хоть в карманы спрячь, а то как у алкоголика запойного ходуном ходят,– посмотрела на руки, хмыкнула.

— Садись, домчу с ветерком, я сегодня добрый!

Возле школы нас ждал наряд ментов, взбешенный директор, лицо которого было красней, чем лицо Леонидовны недавно, виноватый Кирилл с подбитым глазом и еще один парень с разбитой губой, синяком на скуле и в порванной футболке. Вслед за нами на парковку въехала машина Вовы и он, недовольный, показался нам на глаза.

Дело решили мирным путем, никто никаких заявлений писать не стал, обоим парням влепили по выговору в личное дело и до конца учебного месяца они будут дежурить по школе, то есть будут помогать уборщице с уборкой классов после уроков.

— Довольна? – Вова разве что не плевался, так шипел мне в лицо и руками размахивал, – Это ты виновата, ты!

— В чем виновата? Не я твоего сына из дома выгнала!