Книга Мертвые смотрят вверх, страница 40 – Дана Арнаутова, Марина Комарова

Холод пополз по спине Енчжу. Он представил это существо: бесформенное, с десятками глаз, прячущееся в глубине зеркала. Наблюдающее. Ждущее.

— Она его видела, – прошептал Джувон. – Сама вошла и увидела.

— И поняла, что нужно остановить, – добавил Геджин. – Так, не перебивайте, ибо читаю дальше. Пятое октября. Оно пытается выбраться. Я чувствую, как зеркало дрожит по ночам. Слышу царапанье изнутри. Женщина в белом, знаю, что она тоже пытается остановить его. Но одной ей не хватает сил. Она застряла между мирами и не может ни уйти, ни полностью проявиться. Я должна помочь.

Геджин замолчал, всматриваясь в следующую запись. Почерк становился небрежнее, буквы прыгали по странице.

— Шестое октября. Я поняла, что нужна жертва, чтобы запечатать его, кто-то должен остаться в зеркале и стать живым замком. Женщина в белом это сделала, но ее сил недостаточно. Зеркало слишком старое. Оно накопило очень много отражений, слишком много душ. Нужен медиум. Кто-то с даром. Кто-то вроде меня.

Енчжу почувствовал, как внутри все сжимается и выдохнул:

— Она собиралась…

— Запечатать себя в зеркале, – хмуро закончил Геджин. – Стать барьером между этим миром и тем существом. – Он перевернул страницу, увидев последнюю запись. – Седьмое октября. Завтра сделаю это. Ритуал готов. Снотворное куплено. Я войду в зеркальный мир и останусь там навсегда. Буду держать его. Не дам выйти. Простите меня, мама и тетя. Я не могу позволить этому существу вырваться на свободу. Я видела, что оно делает. Оно пожирает души, оставляя пустые оболочки. Я не могу этого допустить.

Тишина была оглушающей. Енчжу смотрел на написанные слова и не верил увиденному. Пак Сура пожертвовала собой. Осознанно. Приняла снотворное, провела ритуал и заперла себя в зеркале вместе с тем существом.

— Она героиня, – тихо сказал Джувон.

— Она дура, – буркнул Геджин, но голос дрожал. – Одна не справится. Рано или поздно ее сил не хватит, и глазастая дрянь прорвется. Именно это и происходит сейчас, – сказал он и посмотрел на Енчжу. – Она держалась пять лет. Пять лет одна удерживала эту тварь. Но барьер слабеет. Вот почему она и зовет тебя. Нужна помощь. И нужен еще один медиум.

— Но я не медиум! – в отчаянии повторил Енчжу.

— Ты чувствительный, – возразил Геджин. – Слышишь ее голос. Видишь сны. Это уже больше, чем у большинства людей. И ты живешь в этой квартире. Близость к зеркалу усиливает связь. – Он закрыл блокнот. – Твоя задача не стать вторым замком. Твоя задача – помочь ей окончательно запечатать существо. Или уничтожить.

— Как?

— Через ритуал изгнания. Он, зараза, сложный. Нужно войти в зеркальный мир, найти существо, надавать пинков и отправить обратно в бездну, откуда оно пришло. А заодно освободить Пак Суру и женщину в белом. Как людно у тебя в зеркалах, доктор психов. – Геджин потер переносицу. – Проблема в том, что это опасно. Очень опасно. Если что-то пойдет не так, ты застрянешь там навсегда, как они.

Енчжу сглотнул. Руки дрожали, он сжал пальцы в кулаки:

— А если не делать ритуал? Если просто разбить зеркало?

— Существо вырвется, – сухо ответил Геджин. – Без барьера оно сможет перемещаться свободно. Через любое зеркало и любую отражающую поверхность. Будет пожирать души, оставляя пустые оболочки. Представь: куча людей по всему району вдруг становятся… овощами. Живыми, но пустыми. Без личности и без воли. – Он помолчал. – Пак Сура это знала, потому и пожертвовала собой.