Книга Мертвые смотрят вверх, страница 42 – Дана Арнаутова, Марина Комарова

Енчжу взял колокольчик. Холодный металл приятно лег в ладонь.

— Когда?

— Сегодня ночью. После того как укрепим защиту. – Геджин хлопнул в ладоши. – Так, птенцы, за работу. Времени мало, дел много. Джувон, ты пойдешь за покупками. Список дам. Доктор, ты поможешь мне с защитой. А потом отдохнешь и подготовишься морально. Ну, после еды. Знаете ли, твари тварями, а обед по расписанию.

Они принялись за работу. Джувон ушел в магазин с длинным списком странных товаров. Геджин и Енчжу занялись усилением защиты. Соль насыпали двойным слоем. Амулеты развесили в каждой комнате. Благовония зажгли в углах. Травы разложили на подоконниках.

Квартира превращалась в крепость. Воздух становился плотным и тяжелым от духовной энергии. Енчжу чувствовал, как нарастает напряжение. Что-то менялось. Барьер между мирами истончался.

— Она чувствует, – пробормотал Геджин, насыпая соль у порога спальни. – Пак Сура знает, что мы готовим ритуал. Надеюсь, она не испугается.

— А если испугается?

— Попытается остановить нас. Вселится в тебя, заблокирует дверь, ой, да что угодно! – отмахнулся Геджин и выпрямился. – Потому важно поговорить сначала. Объяснить. Завоевать доверие, короче.

Енчжу кивнул, стараясь не думать о том, насколько это все безумно звучит.

Джувон вернулся через час, нагруженный пакетами. Принес священную воду из храма, зеркальные осколки из лавки антиквариата, живого петуха в клетке (на что Енчжу посмотрел с ужасом), рисовую бумагу и тушь для символов.

— Петух? Серьезно? – спросил он у Геджина.

— Серьезно, – кивнул тот. – Кровь петуха отгоняет злых духов. Старинный метод, проверенный веками.

Джувон тоже посмотрел на птицу с жалостью и вздохнул:

— Почему в этот раз нельзя использовать лапшу?

В следующий миг в него полетела подушка с дивана, запущенная рукой Геджина.

— Отставить страдания.

Петух недовольно квохтал в клетке. Енчжу почувствовал себя соучастником жертвоприношения. Хотя, если подумать, это было не самое страшное.

Вечер плавно перетек в ночь. Енчжу сидел на диване, наблюдая, как Геджин рисует символы на рисовой бумаге. Черная тушь ложилась ровными линиями: круги, иероглифы и какие-то сложные узоры. Это были печати изгнания, как объяснил старик. Каждая печать – барьер для существа.

— Когда войдешь в зеркальный мир, – произнес Геджин, не отрываясь от работы, – наклеишь эти печати в ключевых точках. Пак Сура покажет, где именно. Печати создадут клетку вокруг глазастого существа. Тогда я смогу провести изгнание отсюда, в смысле из реального мира. Главное – не порвать печать. Если порвешь, клетка разрушится.

— Понял, – кивнул Енчжу, хотя голова шла кругом от информации.

— И еще. – Геджин поднял на него взгляд. – Там будет страшно. Ты увидишь вещи, которые ломают разум. Отражения прошлого, настоящего и возможного будущего. Кошмары. Иллюзии. Всякая хрень, да простят духи за термин. Существо попытается запугать тебя, сбить с пути. Помни, что это все не реально, и держись за свой якорь. – Он указал на браслет, который Джувон надевал Енчжу на запястье. – Этот браслет связан с птенцом. Почувствуешь тепло – значит, ты на правильном пути. Почувствуешь холод – сбился. Понял?

— Понял, – повторил Енчжу, невольно сжимая браслет.

Джувон сидел рядом, сосредоточенно завязывая на втором браслете узлы. Это был его якорь – связь между мирами. Если Енчжу застрянет, то Джувон попытается вытащить.