Онлайн книга «Нелюбимый»
|
— Вот ты уродина! Аля перестала плакать, опустила руки, выпрямилась и подняла подбородок. Это был как вызов: да, она некрасивая. Да! На, смотри! Да, есть и такие люди на свете, и что? Что с этого? Давид сам не понял, как сделал к ней еще один шаг и провел пальцем по щеке. Он плохо соображал и совершенно не контролировал себя. Хотел, пытался остановиться, подумать, но мысли разбегались, как тараканы, а воспоминания тонули в невесомом сером тумане. Перед ним сейчас была Алена, та, которую он впервые увидел: молодая, нежная, испуганная и такая же одинокая. Давид протянул ей руку, и она сразу, как будто ждала этого, положила свою маленькую ладонь в его. Он повел ее в спальню и закрыл дверь на ключ. Когда он обернулся к ней, она смотрела на него уже без страха, а с восхищением. Он стал ее раздевать, немного суматошно, как будто боялся передумать и убежать, она помогала, потом даже потянулась к его рубашке, чтобы расстегнуть пуговицы, но он стянул ее через голову и повалил Алевтину на кровать. У него не было возможности задуматься над тем, что творится с ним сейчас, потому что эти старые, бесконечные воспоминания и сегодняшние впечатления и эмоции распирали его, и единственное, что ему хотелось, — продолжать. Он с восторгом смотрел в ее карие глаза, в которых выражалась кротость младенца, на ровные зубы, которые блеснули, как чистый жемчуг, когда она запрокинула голову и тихо застонала под ним. От нее необыкновенно пахло. Давид опять поймал себя на мысли, что так когда-то пахла Алена: чистотой, молодостью, непорочностью. Когда все закончилось, он как будто проснулся после долгого сна и посмотрел по сторонам. Та редкостная благодать, которая окутывала его еще минуту назад, растворялась на глазах. На смену ей пришли страх и отчаяние. Зачем он это сделал? Аля лежала у него под боком. Давид сглотнул, поняв, что совершил чудовищную ошибку. Эта девочка ему никто. Он просто спутал ее с Аленой, с той молодой Аленой, с которой он мог бы быть… Он приподнялся и сел на кровати. Какой же бред! Никогда он не мог быть с Аленой. Потому что она с первой секунды влюбилась не в него, а в Диму. И смотрела не на него… Он чертыхнулся про себя, поняв, что его поразило в этой девушке! Она смотрела на него так, как он мечтал, чтобы когда-то посмотрела Алена… В атмосфере разлилась напряженность. Его как будто обухом ударили по голове: что он натворил? Зачем? Как теперь это все расхлебывать? А Алевтина тоже просыпалась, но чувствовала такое окрыление, такое счастье, какого никогда в своей жизни не знала. Она вспоминала его взгляд, как он провел тыльной стороной ладони по ее лицу. Как внимательно он рассматривал ее и не обозвал, не побрезговал, а поцеловал. По-настоящему, как в кино! Это было больше похоже на чудо, нечто невероятно нежное и таинственное. Весь мир после его поцелуев стал другим. Новым. На душе были покой и умиротворение. Она как будто родилась заново. Ее скорлупа, ее защитная оболочка на глазах стала рассыпаться, являя миру новую, совсем другую девушку. Она даже не успела его рассмотреть! Сколько ему лет? Какого цвета у него глаза? Алевтина внутренне рассмеялась от своих мыслей. Какая разница? Он ее! Ведь это же понятно, ясно как белый день! Давид вскочил и стал одеваться. На Алю не смотрел: не знал, что ей сказать. Обувшись, он все же обернулся. |