Книга Когда канарейка рисует тигра, страница 13 – Дарья Тоин

Судя по круглому переводу со счёта на её карточку, Гуля всё же решилась, но сейчас, под вечер, когда я вновь сел “ужинать” на кухню, мельком заметив в своём кабинете идеальную чистоту, она молчит и глаз на меня не поднимает.

Спросить что-то самому? Поймёт, что моё “не контролирую” не такое уж и стопроцентное. Довольствуюсь сегодня свежеприготовленной сёмгой с овощами, запивая всё черным татар-чаем, о горечи которого уже подзабыл.

— Я… — наконец произносит хоть что-то, — вкусно?

Натянуто улыбается.

— Да, очень.

— Ты решил питаться дома? — Тут же поясняет, опустив взгляд на свой чай. — Я просто спрашиваю, чтобы знать.

Будто в этом доме когда-нибудь бывает не наготовлено на целую ораву?

— Не хочется ждать доставку, — называю всё тот же повод, продолжая копаться в рыбе.

Вновь молчит, не развивая темы. И это вполне на неё похоже, но сегодня же произошло что-то важное, верно? Даже если всё прошло отвратно, я могу знать об этом?

— Я… — едва слышно повторяет круг.

— Да? — Так же занимаюсь поеданием овощей.

— Я звонила в клинику.

Только звонила?

— Угу, и?

— Ну вот…

— Это всё? Только записалась?

Может, правда, просто подготовила деньги, кто ж знает-то.

— Нет. На самом деле, у них было окошко…

Хмыкаю.

— Повезло?

— Да, там кто-то отменился… и меня записали, — неторопливо вытягивает ниточки.

— Хорошо, ты молодец. И? Ты съездила?

— Да. С мамой.

Я не сомневался. Прячу улыбку за кружкой. Тут же морщусь от вкуса — как-то привык к сладкому или хотя бы нейтральному.

— Та-а-ак, и?

Гульназ прячет руки под стол и становится нашкодившей школьницей, которую сейчас якобы будут отчитывать.

— Ну маме я не сказала, зачем мне к врачу… просто немного соврала про плановое обследование.

— Угу… так?

— И… она не поверила, ну потому что знает, что я к подобному за полгода готовлюсь.

Вновь прячу улыбку за горечью.

— Okay, ладно.

— И врач — женщина. Хорошая. Кажется, у неё высшая категория. Но я ещё про неё почитаю… попозже.

Уточнения для неё важны. Особенно первое.

— Хорошо. Как всё прошло?

Вдыхает, мило надувая щёчки.

— Да так… она выслушала… про всё спросила. У тебя же нет никаких, — запинка, — проблем? Да? Я просто сказала, что нет. Ну в мужском смысле.

Нет, я не смеюсь сейчас, умиляюсь. Прочищаю горло и киваю.

— Не было. Проблем.

— Ага. А… половую жизнь ты активно ведёшь… вёл?

Shit, знай Алан, о чём я говорю с его сестрой, он бы меня прикончил. Хотя интересно, каким бы он сейчас был? Ну у нас есть вполне явный шанс узнать это лет через двадцать. Ай, так и не поговорил же с ней. Так, про что мы?

— Активно.

Даже бровью не ведёт.

— Я так и ответила.

— Умничка.

Мотает головой едва заметно, отбрасывая похвалу. Поднимает глазоньки и произносит, видимо, главное:

— Нужно, чтобы ты завтра заехал в клинику и сдал анализы, ну и тестовую пробу.

— Пробу?

Как рыбка открывает и закрывает рот.

— А, понял, — смеюсь.

Подрочить на журнальчики и фильмы для взрослых в стерильной комнате? А не так уж и ново — здесь такое бывало. Гульназ же смущается ещё пуще:

— Извини, пожалуйста.

Милые у нас нынче разговорчики.

— Вот, и как придёт результат, мы будем знать, какие шансы. Это даже надёжнее, потом со следующей успешной сдачи выберут сразу здоровых…

В груди тяжелеет, я засматриваюсь на её губы. Веду языком по зубам, чувствуя нарастающее возбуждение.