Книга Когда канарейка рисует тигра, страница 16 – Дарья Тоин

Так очевидно? Бросаю на него взгляд, не сумев спрятать все эмоции.

Марат отрывается от кнопки старта, берёт мою руку с моей же коленки и крепко сжимает ту. Его ладошка тёплая, и если не успокоюсь, слёзы сорвутся.

— Ну ты чего, птичка?

Тихонько забираю кисть и, сжав её, отворачиваюсь к окну.

— Всё в порядке, прости.

Хмыкает и наконец отъезжает. Я настраиваюсь на молчание, которое помогло бы взять эмоции под контроль, но на очередном повороте, он всё нарушает:

— Не снись мне ночью.

— Ч…что?

Приходится посмотреть, как он растягивает губы и на миг ловит меня в свои омуты, аж подмигивая.

— Неделя воздержания. Так что не снись мне, договорились?

Я начинаю алеть, превращаясь в надувшегося краба. И, только лишь прикусив побольнее губу, заставляю себя не парировать ему.

— Ещё у нас в четверг премьера, пойдёшь со мной?

Произносит так просто. И пока я придумываю себе какие-то тайные смыслы, он всё разбивает:

— Тебе понравится. Там тоже гиперреализм. Уэльская художница, всю Европу проехали, а у нас на границе еле пробились. Пришлось даже сроки выставки сдвинуть. Она, кстати, будет лично. Прилетит. Планировала раньше, но не вышло. И ненамного тебя старше. Вам стоит познакомиться. Я помогу с переводом. Хорошо?

Киваю, вновь отстраняясь. К ней я тоже его… ревную? Очень плохо.

Доехав до дома, ухожу в мастерскую, даже не спросив, не голоден ли он. Мне повезло — он самостоятельный и прекрасно справится с микроволновкой, в которой только и требуется, что разогреть один из контейнеров. Ну хотя бы суши больше нет. Их же я тоже невзлюбила из-за него? Завидовала? Как же мои заверения, что я от него не завишу? Ну-ну.

Ещё я злюсь… хотя бы из-за того, что подмалёвок всё никак не выходит да и эскиз на полутораметровый планшет не могу нанести. Из-за чего-то ещё?

Мне нужен поход в художественную лавку. Я там успокаиваюсь. А выставка? Как к ней ещё подготовиться?

___

* Подмалёвок — вариант эскиза в живописи, начальный этап работы над картиной, представляющий собой нанесение на холст композиции будущей работы с проработкой цвета и теней.

Можешь себе признаться.

Работа так и не движется. Нет, я поймала эмоцию, передала черты, но боюсь всё испортить неловким штришком. Даже масло купила новое и запаслась растворителями, но не могу решиться. Ни на что вообще не могу решиться!

А уже четверг! И выставка вот совсем скоро. Вечером будет торжественная часть и, судя по всему, поедем мы сразу же на неё. Марат раза три говорил, что мне стоит там быть, но зачем?

Я не завидую. Не оцениваю. Не переоцениваю ни свои работы, ни чужие. Но сейчас готова найти любой повод, чтобы не собираться и не ехать туда. Ещё и его “выбери что-нибудь красивое” хочется интерпретировать, добавляя мамино “ты хоть и не красавица”. Но никакая… средняя… неприметная и непримечательная. Не живая и не мертвая, ни рыба ни мясо? Как-то так говорят.

Так я и хотела же такой быть! Тогда почему сейчас всё внутри бушует и тут же замораживается, когда я напоминаю себе, сколько раз Марат уезжал… и сколько раз он ещё уедет.

Но пока что он здесь, в нашем доме. И иногда негодует, вспоминая, что ему нельзя кофе. Сегодня, кстати, нельзя заниматься спортом и напрягаться, о чём меня с утра поставили в известность раздосадованным тоном.