Книга Королева склепа, страница 38 – Кристофер Триана

— Знаешь эту машину? – спросила Холли.

— Нет.

— Я тоже.

«Может, парни», – подумала она. Роза ничего об этом по телефону не сказала, но кто знает, чем они занимались? Холли оставалось только надеяться, что они не там. Она верила, что прошлое осталось в прошлом, и никогда бы не подумала, что дочь совершит ту же ошибку, что и она в подростковом возрасте.

Холли потянулась через Сойера к бардачку и достала свой фонарик. Они вышли из машины и направились к склону. От одного вида поднимающейся в гору тропы у Холли заболели колени. Сойера, который был крупнее и сильнее, подъем явно не заботил. Она последовала за ним. Боль в суставах волновала ее сейчас меньше всего.

Холли ненавидела это место. Она никогда не думала, что ей придется вернуться. Но оно снилось женщине снова и снова. Повторяющийся кошмар был ее проклятием, не позволяющим забыть.

Кладбище они нашли уже в сумерках.

Бриджит закурила, словно желая отпраздновать, и передавала сигареты по кругу, как новоиспеченный отец – сигары.

– Ого, – сказала Вера, глядя на ветхое кладбище.

В сине-сером полумраке поляна с надгробиями казалась огромной шахматной доской. Черные березы покачивались на горном ветру, их засыхающая кора напоминала шелушащийся солнечный ожог, а красные клены только начинали менять цвет на верхушках, трясущихся, как помпоны. Девочки забрались уже далеко в лес, и Холли не могла избавиться от чувства тревоги, особенно когда стемнело.

– Кому оно надо в такой глуши? – спросила она.

– Не знаю. – Бриджит пожала плечами. – Может, осталось со времен фронтира или типа того. Может, здесь хоронили погибших на Аппалачской тропе.

– Не думаю, что тропа такая старая.

– Ну я же сказала, что не знаю.

– А как ты вообще узнала про кладбище? – заерзала Вера.

– Сперва просто по слухам. – Бриджит шагнула на кладбище. – Девчонки в школе болтали не раз. Крутое место, да?

Холли последовала за ней, стараясь не наступить ни на чью могилу. Вера зашла последней, пуская кольца дыма.

– Надо здесь как-нибудь сфоткаться, – сказала она. – Было бы так жутко и классно.

Холли не согласилась. Она считала, что к кладбищу нужно проявлять уважение, а не использовать его как декорации. Год назад она потеряла своего дядю. Хоронили в открытом гробу, и это был первый покойник, которого она увидела. Мама поцеловала его на прощание, но Холли была слишком напугана, чтобы даже прикоснуться к нему.

– Сперва слухи, значит? – спросила Холли. – То есть, ты выяснила что-то еще?

– Наслушавшись сплетен, – продолжала Бриджит, – я спросила бабушку, не знает ли она здесь каких-нибудь кладбищ. Она родилась в Гринуолке, прожила здесь лет семьдесят, и я подумала: если кто и знает, так это она. – Она сделала затяжку, выдержав драматическую паузу. – С этим местом связана одна история.

Порыв ветра. Здесь, в горах, было необычно холодно для сентября. Из-за морозного ветра казалось, что сейчас начало зимы.

– Бабушка не знала, когда основали это кладбище, – сказала Бриджит, – но это случилось еще до ее рождения, ну то есть до 20-х годов. В общем, она поведала, что в детстве девочки рассказывали истории о привидениях, настолько пугающие, что она боялась сюда приходить.

– О-о-о, обожаю страшилки у костра, – улыбнулась Вера.

Холли не улыбнулась. Ей не нравились ужастики, хеллоуинские шутки и байки, которые рассказывают друг другу в темноте. Она не понимала, чем могут нравиться страшилки, но знала: Бриджит поделится историей, хочет она этого или нет.