Книга Королева склепа, страница 42 – Кристофер Триана

— Надо убираться отсюда, – сказала Белла.

Роза услышала ее, но не разобрала слова. Потолок мавзолея словно загипнотизировал ее. Она стояла, запрокинув голову, широко раскрыв глаза, глядя в пустые глазницы мертвецов. Трупы были настолько же странными, насколько и пугающими. На телах были самые разные предметы одежды – все сгнившие, но некоторые, по ее мнению, слишком простые для похорон.

— Трындец, – сказала Селеста.

— Ага, – согласилась Белла. – Зачем кому-то понадобилось так ставить тела? Ну то есть это как… как…

— Как в квартире Джеффри Дамера^[1], – хихикнула Селеста.

— Не понимаю, как можно хихикать в такой момент, – шикнула на них Обри. – Проявите хоть немного уважения к мертвым.

Роза опомнилась и потерла глаза, пятна перед ними исчезли. Склеп, казалось, вращался. Другие девушки казались лишь тонкими человекоподобными силуэтами, но, когда она моргнула, все уже было нормально. Роза никогда не принимала галлюциногены, но предполагала, что эффект примерно такой. Но что вдруг на нее нашло?

— Ты в порядке? – спросила Обри.

Роза подошла к ней:

— Что ты имела в виду, когда сказала, что это часть игры?

Обри стояла не шелохнувшись:

— Только то, что сказала. Мы пригласили мертвых на танец, и склеп ответил. Он…

— Хватит твоих гребаных шуточек, – огрызнулась Роза. – Мне нужны простые честные ответы.

— Я говорю честно. У меня нет причин лгать вам. Я говорила, что нас ждут испытания на основе наших ответов на вопросы. Помните, в начале? «Чего ты боишься? Кого ты любишь? Что происходит, когда ты умираешь?» Игра началась в тот момент, когда мы ответили на эти вопросы. Теперь мертвые отвечают на них. Они проверяют нас. Вот почему мы здесь.

Роза, уставшая от этой ерунды, сделала «фейспалм»:

— Господи, Обри, я думала, ты прекратишь этот балаган. Думала, ты поняла, насколько все серьезно.

— Я понимаю, но это отнюдь не балаган. Просто оглянитесь вокруг. Посмотрите на это место. Наши настоящие страхи вырываются наружу: страх смерти, страх того, что ждет за ее порогом. Страх Марни перед тьмой и…

— Ты что, забыла про медведицу? Какое отношение к твоей дурацкой игре имеет она?

Обри глубоко вздохнула:

— Я не совсем честно ответила, когда сказала, что боюсь сгореть. Да, я этого боюсь, но еще больше боюсь медведей. Медведей и пауков.

Роза чуть не рассмеялась, услышав этот абсурд:

— Ты что, издеваешься? Хочешь сказать, что этот склеп бросает нам вызов, что он каким-то образом действует сознательно?

— Роза…

— У нас нет времени на эту чушь.

— Послушай меня, пожалуйста! Я думаю, что единственный способ выбраться отсюда, – подготовиться к остальной части игры, потому что она идет, хотим мы того или нет. Помнишь, чего ты боишься, с твоих же слов? Проиграть. А чем ты занимаешься с тех пор, как мы здесь? Взяла на себя роль лидера. Превратила все в соревнование, в очередной спорт. Но с каждым шагом все только хуже. Ты проигрываешь, и это тебя пугает.

Роза не думала – просто действовала. Она выронила факел, схватила Обри за воротник ее дурацкой одежки, развернула и швырнула на стоящий гроб, отчего старое дерево треснуло. Факел Обри покатился в сторону.

— Роза! – крикнула Белла, бросаясь к ней, пытаясь удержать.

— Оставь ее в покое, сука! – Селеста пнула Розу в ногу.