Книга Джозефина вычисляет вероятности, страница 55 – Нова Макби

Мама плавала в воде рядом со мной. Недостаток кислорода вызывал у меня галлюцинации. Мамин взгляд говорил, что нужно продолжать бороться. Продержаться еще минуту. Ответить на вопросы Короля.

Меня вытащили из воды, схватив за горло. Я рухнула на колени, содрогаясь в конвульсиях. С вероятностью 85 процентов травмы гортани помешают мне говорить. Из легких выплеснулась вода. Я задыхалась и отплевывалась, все еще наполовину захлебываясь, все еще борясь за каждый вдох, все еще вычисляя, побьет ли смерть вероятность жить с Королем.

Он ударил меня по лицу тыльной стороной ладони. Боль, смешанная с числами, разорвала мой мир, в котором есть только два варианта: я хочу умереть или я не хочу умереть.

— Последний шанс рассказать мне все, малявка! – зарычал Король. – Или твое следующее свидание с водой станет последним!

Постукивание. Все, что я могла сделать с числами, раскручивающими вероятности в моей голове, – это стучать. По ноге. По полу. По губе. Я стучала, но все же сумела выдавить хриплый, задавленный шепот:

— Деньги. Я делала ей деньги.

Насколько получалось через поврежденную гортань, я рассказала ему все, что он хотел знать.

Когда я закончила, он потер руки, словно нашел золотую лампу с джинном внутри. Как только алчность охватила Короля, приказ Мадам убить меня был тут же забыт. Теперь я вошла в логово другого дракона, и его гора золота уже начала расти.

— Тебе повезло, я оставлю тебя себе, чтобы проверить твои способности.

На его лице расплылась жестокая улыбка. Еще через 60 секунд утопления в качестве инициации я стала работать на него.

* * *

38 дней спустя…

В туннелях Прэтта было темно, сыро и холодно. В нос били запахи сигарет, пота и плесени. Я на ходу закрыла лицо рукавом.

Мы подошли к концу коридора и миновали еще один пост охраны. В этой части туннеля находились две комнаты, отделенные от остальных. Одна камера пустовала, в другой буду жить я. Каждый раз, когда я туда входила, мне казалось, что я получаю смертный приговор. За моей спиной громко и тяжело лязгал замок. С такой окончательностью, словно на мою могилу ставили надгробный камень.

Зато снова могла говорить, но не могла здесь дышать.

Моя одежда – та же кожаная куртка, серые джинсы и свитер, которые я надела в день, когда меня привезли от Мадам, – оставались сухими уже 38 дней, но я до сих пор чувствовала себя промерзшей до костей. Ужас теперь всегда жил в моем теле. Я стала нервной.

Ничего не ощущала, помимо дрожи в руках. Я одеревенела. Как только я поняла, что Король пощадит меня, если я буду приносить ему много денег, я продала свою душу. И работала из страха, как и все остальные, кто работал на Короля.

Боль в животе вынуждала меня поесть, однако еда не вызывала аппетита. Я пыталась поиграть здесь в ча́ек, но это не сработало. Возможно, дело было в том, что я редко видела небо.

Мои глаза настолько налились кровью, что я потеряла зрение. Я рухнула на металлическую койку и натянула тонкое одеяло на свое костлявое тело. Темнота свернулась вокруг меня. Даже числа не занимали мой ум. Я уже 463 раза пересчитала все в этой комнате и в коридорах. Мой ум уже спал. Я соскользнула в забытье, надеясь, вопреки всему, там и остаться.

Через пару часов холодного, беспокойного сна, я проснулась оттого, что через решетку соседней камеры на меня уставилась пара глаз.