Онлайн книга «Материя. Том 2»
|
Эта история не улучшила их и без того напряженных взаимоотношений. Крокодил и Тигр старались не заходить во владения друг друга, безошибочно определяя соперника по запаху. В последнее время до Лэйда все чаще доносились слухи не столько на тропических ветрах, сколько на зловонных, ощутимо отдающих рыбой сквозняках, вырывающихся из подозрительных подвалов. Тревожные слухи о том, что Крокодил Каба, озлобленный и лишенный привычного ремесла, все чаще помышляет о том, чтобы приколотить тигриную голову к щиту над камином. Ни один человек на свете не может дурачить Левиафана двадцать пять лет подряд, утверждал он, нехорошо щерясь, этот ваш Лэйд Лайвстоун – Его подсадная кукла, притворяющаяся человеком, чертов Джон Крейг[60]! Да и члены клуба «Альбион» наверняка бы смогли сообщить на его счет некоторые интересные детали – кабы сохранили возможность говорить!.. Лэйд поморщился. В высшей степени сомнительно, чтобы Крокодил Каба изменил любимому штуцеру, использовав бомбу или смертоносный яд, – это не в его манерах, – но как знать? Иногда Он благотворно влияет даже на кромешных дураков, делая их умнее… А может, это весточка от мисс Лизабет Фуллертон? Мисс Фуллертон никогда не относилась к публике такого рода – самозваным магам, шаманам и прочим мистикам, воображающим себя охотниками на Левиафана. Она была здравомыслящей особой, содержательницей дешевого публичного дома в Шипси. Человеком твердого рассудка и большого упорства. Единственным ее недостатком была тяга к красивой жизни – увы, слишком сильная, чтобы врожденное здравомыслие смогло ее пересилить. Убирая комнату после очередного посетителя, странного матроса, увешанного диковинными амулетами и говорящего на никому не понятном языке, она обнаружила книжицу. Чудную книжицу из скрепленных листов выделанной человеческой кожи, одни только иллюстрации в которой могли нагнать жути. Всякий здравомыслящий человек отнес бы ее в Канцелярию или попросту спалил в камине – от греха подальше. Но мисс Фуллертон была уверенной в себе женщиной – никакие иные не в силах содержать публичные дома в Шипси. Она начала штудировать ее с недюжинным упорством, открывая для себя познания в той сфере, к которой нормальный человек не станет испытывать ничего, кроме отвращения. Один из ритуалов показался ей небезынтересным. Она смогла провести его без ошибок – потрясающая выдержка для неофита! – при помощи рыбьих костей, начертанных мелом фигур и загадочных слов на нечеловеческом языке. Она не только достучалась до хозяина острова, но и заключила с Ним договор. Чертовски выгодный, с ее точки зрения. Он обязался предоставить ей славу, деньги и успех. Она же, со своей стороны, гарантировала регулярные платежи, но не кровью, не золотом и не бессмертной душой, как того требовали бесхитростные и косные европейские демоны, – иным товаром. Отдавать ему каждый день вещь на букву «с». Условие было странным, но легко выполнимым. Мисс Фуллертон, хоть и была содержательницей публичного дома, далекой от литературы и не обладавшей познаниями однофамилицы[61], сочла сделку выгодной. В мире дьявольски много слов на букву «с», так много, что хватит на сто лет безудержного мотовства. Левиафан неукоснительно выполнил свою часть договора. На следующей же день клиенты повалили в ее заведение гурьбой, словно изголодавшиеся псы, щедро соря деньгами. И это были не грязные матросы из Клифа, ищущие дешевой любви, дрожащие над каждой монетой, а состоятельные господа – хлыщи из Миддлдэка, хорошо одетые джентльмены из Редруфа. Одурманенные страстью, они так часто забывали бумажники, что только на этом мисс Фуллертон зарабатывала по меньшей мере двести фунтов в неделю. |