Онлайн книга «Материя. Том 2»
|
— Лучше поставьте эту штуку в моем кабинете, – попросил он и подумал: «Утоплю ее в Клифе, едва только выдастся свободная минута». – Кстати, мисс Прайс, все хочу спросить вас… — Да, Чабб? Дверной колокольчик зазвонил, но не суетливо и радостно, как обычно, привечая посетителей, а кратко и как-то холодно. — Мистер Лайвстоун? Мистер Лэйд Лайвстоун? Лэйд мысленно выругался. * * * Первым встречать гостя отправился Диоген. Успевший порядком заскучать в чулане, он вышел, чеканя шаг, опустился на одно барахлящее колено и сообщил, перемежая речь глухими механическими рыданиями, что счастлив приветствовать господина адмирала в этой тихой гавани, а заодно выразил восхищение его действиями в Битве на Уксусном холме[65]. Фокусы шального автоматона нередко смущали посетителей. Некоторые почтенные леди даже отказывались заходить в лавку, видя, что Диоген не на привязи, – в прошлом по его вине не раз происходили конфузы, которые Лэйду удавалось замять с трудом. Бывало, что и солидные джентльмены улепетывали из «Бакалейных товаров Лайвстоуна и Торпа», крича и отмахиваясь зонтами, совершенно потеряв лицо. Но этот человек вел себя так, словно находился в обществе барахлящих механических болванов сызмальства и давно привык к подобным фокусам. — Лэйд Лайвстоун? – Невозмутимо повторил он, ничуть не переменившись в лице. Он и сам немного похож на автоматона, рассеянно подумал Лэйд, разглядывая строгий костюм гостя. Это был серый твид, но не обычный «донегаль» или «херрингбон», что часто встречаются в Майринке, а превосходный «саксон» – тонкий и мягкий, как змеиная шкура. Однако движения его были так безукоризненно выверены и по-механически изящны, что невольно возникало ощущение, будто под тканью находятся тщательно сбалансированные механизмы и тяги. Даже его глаза не совершили ни единого лишнего взгляда – едва заметив Лэйда, мгновенно прикипели к нему и более не выпускали из вида даже на секунду. Холодные, серые, с внимательной острой искрой. Черные, как вар, волосы, набриолиненные до зловещего блеска и разделенные острым пробором. Тонкие, как проволока, усы, подкрученные и напоминавшие блестящую черную удавку… Вырядился так, что дети на Хейвуд-стрит того и гляди начнут разбегаться в ужасе, приняв его за учителя географии. Господи, от него прямо-таки веет железом и холодом! Может, и верно автоматон под человеческой личиной? Говорят, подобное уже случалось в истории Нового Бангора. Когда-то, много лет назад, на остров поставили целую партию сверхсовременных моделей с гуттаперчевой кожей, которых невозможно было отличить от обычного человека, и по сравнению с которыми обычные автоматоны выглядели как жестяные куклы. Вот только эти создания не собирались добросовестно мести мостовые, драить обувь и разносить тарелки. Отравленные шепотом Левиафана, они обратились ордой механических палачей и наверняка погубили бы город вместе со всеми его обитателями, если бы не полковник Уизерс-Уинтерблоссом, первый секретарь Канцелярии. Благодаря своему нечеловеческому, крысиному нюху, он вывел механических убийц на чистую воду, изобличил – и самолично уничтожил в страшном сражении, бушевавшем три дня без перерыва. Роскошная история, подходящая, чтобы скормить ее приятелям за ужином, но недостаточно убедительная, чтобы в нее поверил Лэйд Лайвстоун, бакалейщик. Слишком уж много в ней было противоречий и темных пятен – больше, чем прорех на прогулочном костюме князя Джеймса Первого. Иногда Лэйду казалось, что это свойство абсолютно всех историй, которые окружают полковника… |