Книга Соперники по любви, страница 56 – Диана Эванс

— Пойдем спать? — предлагает Рауль.

— Пойдем. Завтра тяжелый день.

— Почему тяжелый?

— Потому что завтра ты будешь учить нашего сына играть в теннис. А он очень требовательный ученик.

Рауль смеется, поднимается, протягивая мне свою руку.

— Тогда нам нужно выспаться, чтобы быть в форме.

Я беру его руку и мы идем в спальню. В коридоре я останавливаюсь, открываю дверь в комнату Матвея.

Он спит, раскинув руки, с улыбкой на лице. Рядом на подушке — зеленый тираннозавр, которого он подарил Раулю, а Рауль тихонько положил обратно, когда укладывал его спать.

— Спит, — шепчет Рауль.

— Как ангел, — отвечаю я.

Он обнимает меня за плечи, и мы стоим, глядя на сына.

— Спасибо, — шепчет Рауль.

— За что?

— За него. За то, что ты его родила. За то, что сохранила.

Я прижимаюсь к нему.

— Спасибо, что пришел, — шепчу я. — Что не испугался и смог остался.

— Никуда я от вас не денусь, — говорит он. — Вы теперь мои. Навсегда.

Мы закрываем дверь и идем в спальню.

За окном все так же моросит дождь, город спит, а у нас начинается новая жизнь.

Глава 32

Мама смотрит на Рауля так, будто он сейчас будет защищать диплом, а она строгий председатель комиссии, которая знает все ответы и ждет только одного — ошибки.

Я выросла в доме, где мужчины не задерживались. Отец ушел, когда мне было двенадцать, и с тех пор мама сама тащила нас двоих — меня и свою работу, свой характер и привычку никому не доверять. Она не ругала меня, когда я в шестнадцать уехала в теннисный интернат, не плакала, когда я проигрывала финалы, не спрашивала, почему я вернулась из Нью-Йорка беременная и без объяснений. Она просто приняла это. Приняла меня, Матвея и никогда ни разу не сказала: «Я же тебе говорила».

Но сейчас она смотрит на Рауля, и я вижу в ее глазах тот самый взгляд, который помню с детства — когда она оценивала моих одноклассников, которые приходили в гости, когда проверяла, достоин ли этот мальчик сидеть за нашим столом, дышать нашим воздухом, быть рядом с ее дочерью.

— Садись, Рауль, — говорит она, кивнув на стул. — Чай будешь?

— Да, спасибо, — отвечает он, и я замечаю, как он старается говорить по-русски, хотя слова даются ему с трудом, акцент режет слух, но он пытается, и это много значит.

Мама наливает чай, ставит перед ним чашку, садится напротив. Я между ними, чувствую напряжение, которое висит в воздухе, как грозовая туча.

— Как долетели? — спрашивает мама вчеоашний вопрос. Вопрос простой, обычный, но я знаю, что это только начало. Вчера она не хотела делать допрос с пристрастиями, но сегодня все обдумав, она решила возобновить свою неудавшуюся атаку.

— Хорошо, — кивает Рауль. — Ксения спала почти всю дорогу.

— Она всегда спит в самолетах. Еще с тех пор, как маленькая была. Я возила ее на соревнования, она засыпала еще до взлета. — Мама смотрит на меня, и в ее глазах мелькает что-то теплое, почти нежное. — Боец, а спала, как сурок.

Рауль улыбается и я вижу, как он расслабляется чуть-чуть.

— Она вообще боец, — говорит он. — Я на корте с ней встречался. Страшно было.

— Страшно? — Мама приподнимает бровь. — Ты, такой большой, и испугался моей дочери?

— Она Ледяная Королева, — Рауль смотрит на меня, и в его глазах смех. — С ней на корте никто не справлялся. Я проиграл ей финал, помните?