Книга Десятый стежок, страница 164 – Джейн Джонсон

Узор вызвал бурные восторги и хлопанье в ладоши, словно она на глазах у всех сделала нечто волшебное, а Кэт принялась за другой рисунок – со звездами и полумесяцами. Этот образец вызвал меньше восторгов.

— Это иудейская звезда, то, что ты нарисовала! У нас звезды изображают восьмиконечными. – Голландка указала на один из фесских образцов, потом показала еще один узор, на настенных изразцах. – Печать Сулеймана. Это священный символ. – И она благочестиво сложила ладони перед грудью.

Кэт поразил торжественный и почтительный тон Лейлы: эта женщина вовсе не производила впечатления чрезмерно благочестивой и богобоязненной; при первом взгляде на нее вряд ли можно было подумать, что она магометанка. Кэт взяла еще лист бумаги и изобразила новый узор, на сей раз с восьмиконечными звездами – одна большая между двумя поменьше – и быстро набросала симпатичные бордюры из цветочных лепестков выше и ниже их. Это встретило всеобщее одобрение, так что, когда Хабиба вернулась и принесла кусок тонкой хлопчатобумажной ткани, о которой просила Кэт, а также немного растертого в порошок древесного угля и острое шило, все уже нетерпеливо ждали, что она будет делать дальше.

— Выберите узор, над которым вам больше хочется работать, – предложила Кэт. И удивилась, когда восемь из десяти женщин выбрали рисунок со звездами. Потом она высыпала угольный порошок на середину квадратного куска ткани и загнула его концы вверх.

— Это у нас будет копировальный инструмент, для переноса рисунка на полотно, – пояснила она, что Лейла с большим трудом сумела перевести. – А теперь смотрите, как я переношу узор с рисунка на ткань.

Она наколола шилом весь свой рисунок на бумаге, проследив дырочками, как пунктиром, каждую линию, а затем пошла от рамы к раме, прикладывая получившийся шаблон к полотну и постукивая мешочком с толченым углем по бумаге.

Сперва это выглядело очень неопрятно – бумага была сплошь покрыта грязно-черной пылью, – но, когда Кэт убрала шаблон, под ним обнаружился узор, аккуратно перенесенный на ткань. Теперь ученицы и впрямь уверились, что у нее есть что перенять.

— Теперь надо подобрать нужные цвета. Постарайтесь не повторять ту гамму, что выбрала ваша соседка, а не то у нас уйдут все нитки одного цвета, а работы будут выглядеть одинаково. И еще одно: подбирайте соответствующие тени и оттенки. Вам здорово повезло: у вас огромный выбор ниток самых разнообразных великолепных цветов. В моей стране женщины очень ограничены в выборе; мы вышиваем нитками, которые сами окрашиваем луковой шелухой и тому подобными натуральными красителями; это приглушенные тона, и вышивка выцветает со временем. Лишь богатые женщины могут позволить себе что-то в этом роде. – Она подняла яркий темно-синий моток. – Или вот такое. – Она показала ярко-алые нитки.

Женщинам очень понравилась сама мысль, что они оснащены лучше, чем их европейские товарки, которых привыкли считать более богатыми и более привилегированными, чем они сами. Ученицы долго пересмеивались и хлопали друг друга ладонями.

— Альхамдолилла! – сказала затем одна, и все повторили это за ней.

Кэт улыбнулась, чувствуя себя старше и мудрее, чем следовало бы в ее девятнадцать лет.

— Все вместе мы изготовим самые прекрасные вещи, – обещала она, ощущая, как в душе растет и крепнет уверенность и как она отражается на лицах ее учениц: те уже смотрели на нее, как цветы смотрят на солнце, поворачиваясь за его перемещением по небу.