Книга Дневник с признанием в убийстве, страница 98 – Людмила Мартова

Стрельников потянул дочь за руку.

— Пойдем, нам тут нечего делать. Эти двое — не тот, кого мы ищем. Пусть они разбираются друг с другом без нас. Мы тут ни при чем.

— Погоди, пап, — остановила его Маша. — Клара, ответьте только на один вопрос и мы уйдем. Что вы делали у Алины… У бабушки в тот вечер.

Актриса пожала плечами.

— Да ничего особенного я не делала. Мы периодически общались. Я забегала на чай, потому что Алине не терпелось узнать новые театральные сплетни. Она давно уже не выходила на сцену, но все равно жила театром. У Костика… У Константина Алексеевича был вечерний спектакль. Он ввел на главную роль новую актрису и не мог пропустить ее дебют. На мою роль. По понятным причинам я в театр в тот вечер идти не захотела, поэтому поехала к Алине. Ушла от нее где-то в начале десятого, вскоре после того, как ей действительно позвонил Викеша, чтобы пожелать спокойной ночи. Уверяю вас, что когда я уходила, она была жива.

Маша вслед за отцом шагнула к порогу.

— Постойте, — позвала ее Валуева. Маша оглянулась. — Постойте. Я вспомнила. Когда я уходила, то на лестнице столкнулась с Сашей.

— Каким Сашей? — не поняла Маша.

— С Сан Санычем Новицким. Нашим бывшим режиссером. Я спускалась вниз, а он поднимался мне навстречу. Я успела заметить, как он позвонил в дверь Алининой квартиры.

С самого утра Вересов чувствовал себя не в своей тарелке. Его субботний график оставался неизменным много лет. С утра он в обязательном порядке ехал к маме. У той за неделю накапливались разные дела, и Матвей выступал в роли добровольного водителя, колеся между банком, рынком, супермаркетом и химчисткой. Делал он это без малейшего напряга, потом что маму свою любил и время с ней проводил с удовольствием.

Затем они возвращались в небольшую и уютную мамину квартиру, Матвей затаскивал пакеты с покупками, мама разогревала приготовленную с вечера специально для него еду, и они обедали вдвоем, неспешно беседуя о том, что произошло у обоих за неделю. Матвей рассказывал об университете, студентах, необычных сюжетных ходах, которые он придумал для своих детективов. Мама — о больнице и пациентах, дрязгах коллег, новых методах лечения, о блестящих и остроумных комментариях главного врача на планерке.

С главным врачом у мамы был давний роман. Вересов об этом знал и ничего не имел против. После долгих лет вдовства, случившегося внезапно и свалившегося на них обоих как снег на голову, мама была достойна нового счастья. И то, что ее избранник женат, не имело для Матвея никакого значения. Пожалуй, он, наоборот, был бы недоволен, если бы в маминой квартире поселился бы вдруг какой-то чужой человек. Того и гляди, нарушился бы их еженедельный ритуал, а этого Вересов никак не хотел.

После обеда он возвращался домой и усаживался за работу. Именно субботними вечерами ему писалось особенно хорошо, и мало что в жизни Матвей ценил больше, чем это время, проведенное наедине со своими книжными героями.

Сегодня была суббота, поэтому, проснувшись в восемь утра, к девяти Вересов готовился выдвинуться из дома, но замешкался на пороге. Двумя этажами выше уже наверняка проснулись Маша Стрельникова и ее отец, а он обещал помочь этим двоим с их неожиданным, а от того еще более опасным расследованием.