Книга И мы сгорим, страница 172 – Александра Рау

— Так зачем пришла? – аккуратно поинтересовалась Пэйдж.

— Посмотреть, как вы все облажаетесь. Зрелище, должна заметить, увлекательное.

— Тебе необязательно острить в ответ на каждую фразу. – Наоми оперлась на локти. – Если все равно собираешься бежать, можешь к нам присоединиться. У нас есть еще… минуты две отдыха, а потом мы незаметно вернемся на стадион, как будто не уходили.

Лайла хмыкнула, но не отказалась, поэтому ровно через две минуты – хотя Пэйдж и умоляла задержаться – они втроем нашли способ влиться в толпу бегущих старшекурсников. Поначалу Наоми наблюдала за тем, как расцветает Лайла: ветер в волосах словно напитывал ее силой, глаза горели, улыбка становилась шире. Но, как только мимо пробежал кто-то из ее бывших друзей и бросил что-то, что Наоми даже не расслышала, Лайла начала стремительно сереть. Почуяв неладное, Наоми держалась ее скорости. Спустя два круга по стадиону они бежали медленнее, чем в среднем позволено, и преподаватель уже грозил им расплатой откуда-то с начальной отметки. А на третьем у Лайлы подкосились ноги, и Наоми упала, пытаясь ее поймать.

Лайла затряслась. По неосознанному взгляду и хаотичным сокращениям мышц Наоми догадалась, что это какой-то припадок, и на всякий случай положила Лайлу на бок, чтобы та не прикусила язык. Звать на помощь не стала – уже через секунду со всех сторон послышались испуганные вздохи, и уж кто-нибудь из них наверняка догадался бы отправить за врачом. Несмотря на это, только Пэйдж рухнула на землю рядом с Наоми – хватило нескольких секунд, чтобы она сообразила, как помочь. Неужели в «Игнис» их учили, как оказывать первую помощь?

Наоми показалось это странным. Метаморфы не страдали от хронических заболеваний – пока они меняют форму, их метаболизм работает на таких скоростях, что болезни попросту не успевают поразить организм. Даже голова у них никогда не болит.

Конечно, от травм никто не застрахован, особенно в месте, где сотни половозрелых и не всегда контролирующих себя метаморфов могут сойтись в драке на ринге или вспылить из-за проигрыша в теннис. Но припадок?

Когда врач прибежал на стадион, ему пришлось просить нескольких крепких парней, чтобы Пэйдж оттащили от Лайлы. Она вцепилась в нее так, будто полчаса назад не кривилась, заставляя себя ей отвечать. Словно ей не было страшно. Наоми знала – в силу своей природы Пэйдж с опаской относилась к животным крупнее нее, и от гепарда, особенно с характером Лайлы, она наверняка была в ужасе.

И все же доброе сердце оказалось сильнее страха.

Одним из тех, кто помогал Пэйдж встать, был Ларс. Наоми огляделась в поисках Рена, но его нигде не было видно.

— Что с ней? – Ларс испуганно смотрел вслед Лайле, вцепившись в плечи Пэйдж, и было не до конца понятно, о ком именно он спрашивал.

— Рано начала бегать. Еще не оправилась после… случившегося.

Сзади послышались смешки, и лицо Ларса вмиг преобразилось. Наоми поражала его способность кардинально меняться: добродушный, улыбчивый паренек становился разъяренным бойцом ММА быстрее, чем Ferrari разгонялся до сотни. Но если для Наоми это было лишь любопытным фактом, те, кто знал его долгие годы и прежде не видел его темную сторону, похоже, почувствовали себя неуютно.

— Вам кажется это смешным? – взорвался Ларс, оттолкнув от себя Пэйдж и направившись к тем, кто стоял за спиной Наоми. Разумеется, это были те, кто прежде звал себя друзьями Лайлы. Или те, кого она прежде ими считала. – Что здесь, твою мать, смешного?!