Книга Арахнид, страница 35 – И. В. Офелия

Первое, что я делала, вернувшись, – направлялась в заднюю часть дома, чтобы набрать несколько поленьев из нашей аккуратной и обильно набитой поленницы. Огонь в камине, должно быть, уже угасал, и было самое время подбросить дров.

Я надела фартук – не то чтобы пепел или сажа будут заметны на моем мрачном одеянии. Огонь затрещал, наполнив дом ароматом копченого пекана. Я убедилась, что подложила твердые породы дерева, чтобы огонь продержался дольше. Используя жар, вскипятила чайник, налила себе чаю и приступила к послеобеденным делам.

Большинство девушек чем-то заняты в течение дня. Одни работали в больнице вместе с Эдит, другие занимались собственным ремеслом.

Ребекка трудилась в мясной лавке своих родителей, Мэри была швеей, Корделия – скорняком и портнихой, а Аделина – пекарем. Что бы нам ни понадобилось, женщины нашего Гнезда, будь то вайперы или Гости, могли это обеспечить. Мы заботились друг о друге, и это было приятным контрастом после жизни, где каждый выживал как мог. Всех нас объединяла общая цель – реализовать себя по максимуму и принести миру все лучшее, что в нас было.

Я начала с приготовления легкого перекуса, пока огонь еще не угас. Подогрела остатки хлеба для бутербродов. Съела один сама, чтобы не прерываться до самого ужина. Я держалась молодцом, воздерживаясь от выпивки до наступления сумерек, но, полагаю, это желание подавлялось множеством сигарет, выкуренных за день, не говоря уже о моих инъекциях.

— Ребекка, – окликнула я темноволосую девушку в гостиной, – не могла бы ты заказать для нас трех гусей к Рождеству в лавке твоего отца? Я могу дать деньги заранее.

— Конечно! Скажи, когда они понадобятся, и я оформлю заказ. – Она улыбнулась, усаживаясь перекусить вместе с подругами.

— Корделия! – Я поймала ее, когда она спускалась по лестнице, и встретила у перил. – У меня есть несколько шкурок – можешь дать приблизительную оценку? Мне бы хотелось, чтобы ты обработала их к Рождеству для Фиби. Думаю о рукавицах.

— Я не против сделать это для тебя и без оплаты. Я и так кормлюсь за твой счет, – рассмеялась она.

— Просто назови сумму, а я как-нибудь извернусь, – сказала я, проходя мимо.

Следующей задачей была чистка лошадей и вывод их на прогулку. Мне нравилось это занятие, даже несмотря на неприятный запах в конюшне и вечный слой пыли, который оставался на мне после расчесывания.

Я очень любила своего скакуна, моего статного Коня, и его нарядную кобылу, Герцогиню.

Их тела были высокими и сплошь в мышцах, так что даже мне, при моем росте, приходилось тянуться, чтобы вычистить некоторые места. Благородные создания. Они делали все, что мы приказывали, безропотно. А мы в ответ кормили их и давали кров. Хотя порой я и сама засыпала рядом с ними в стойлах, когда те укладывались в сено. Они были такими теплыми и безмятежно-равнодушными – удержаться, чтобы не прижаться к такому великану, невозможно.

После чистки я выпустила их на небольшой выгон. Обе лошади обожали бегать вдоль изгороди, наблюдая за проезжающими мимо другими экипажами. Лошади Фиби и моя были неразлучны, всегда паслись бок о бок. Иногда Герцогиня покусывала Коня, если тот уделял ей недостаточно внимания. Было забавно наблюдать за их невинными взаимодействиями.

Пока я стояла, прислонившись к изгороди выгона, почувствовала чье-то присутствие.