Книга Каменная кровь, страница 64 – Мия Флор

Где-то справа слышится отчаянный вопль. За ним следуют другие. Я вновь вытягиваю гематитовое лезвие, не обращая внимания на боль, и продолжаю тереть его о веревки. У меня нет идей, как еще сражаться с этим фиолетовым монстром, но лучше делать это со свободными руками.

Криков кадетов становится больше, а скрежет – сильнее. Хочется зажать уши. Огромные усики шарят по стенам и приближаются, нет сомнений – монстр ищет меня.

Огромная фиолетовая тварь ускоряет темп, впиваясь в стены туннеля и кроша его… Камни летят в разные стороны.

Слева раздаётся ещё один крик, переходящий в рыдания.

Я отшатываюсь, но поскальзываюсь. Падаю на спину, выбив воздух из легких. Удар о камень отдаётся болью во всём теле.

А сороконожка нависает надо мной – огромная, пульсирующая фиолетовая масса с бесчисленными лапами.

Это иллюзия. Аметистники создают иллюзии.

Ведь так? Она не материальна. Она не сможет причинить мне боль.

Когда одна из передних конечностей молниеносно опускается и вспарывает мою скулу, боль оказывается слишком реальной. Горячая кровь стекает по щеке. Я кричу, инстинктивно дергаясь в сторону.

Кадеты бросаются врассыпную. Неужели, это представление их пугает?

Не знаю как они, но я панике, тру запястья друг о друга, чувствуя, как надрезанные веревки поддаются. Ещё немного… я освобождаю руки.

Тварь снова бросается вперед. Я откатываюсь в сторону, но одна из лап задевает плечо, оставляя еще одну царапину. Тело пронзает боль.

Сороконожка атакует снова и снова. Я едва успеваю уворачиваться, но лапы все же настигают меня, отбрасывая к стене туннеля. Удар лишает воздуха. Перед глазами плывут чёрные пятна.

Я приказываю себе встать, пока глаза застилают слезы страха и боли.

Сломать.

Они просто хотят меня сломать.

У меня нет выбора.

Я не могу сдаться. Я должна как-то выжить. Ради семьи, которую забыла, ради Марии, Макса, Бри… И даже Александра, который отдал свою жизнь, спасая меня.

Лихорадочно оглядываюсь, пытаясь найти хоть какое-то преимущество в этом проклятом туннеле. Взгляд скользит по неровным стенам, камням и низкому потолку. Туннель опустел, кадеты разбежались. Я остаюсь один на один с монстром…

Туннель.

Он узкий.

А эта тварь – огромная.

В голове мелькает план, подпитываемый слабой, но надеждой.

Безумный, отчаянный, но это лучше, чем быть разорванной на куски фиолетовой многоножкой. Существо слишком большое для этого места. Я вижу узкий проход, молюсь, чтобы для сороконожки это стало ловушкой. А низкий выступ – моим спасением.

Собрав последние силы, я маню за собой монстра и бросаюсь назад по туннелю, к сужению. Сороконожка издаёт скрежещущий звук и, ускоряясь, ползет за мной. Ее усики почти касаются моих пяток, сбивая с ног.

Тварь, не успевает затормозить, когда я кидаюсь вправо и прячусь за каменным выступом. Она проскальзывает вперед, где врезается в сужение. И застревает. Сороконожка бьется, пытаясь освободиться, ее задние лапы скребут по камням прямо возле моего лица. Я вдавливаю тело в стену, пытаясь избежать прикосновений и прикрываюсь руками от падающих на голову камней.

Кричу то ли от ужаса, то ли от радости, что план удался.

Теперь мне предстоит выбраться из укрытия, пока монстр барахтается в плену у каменных стен. Я призываю гематитовое лезвие и с отчаянными криками, прорезаю себе путь сквозь пучок двигающихся ног сороконожки.