Книга Добыча черного капитана, страница 20 – Вивьен Ламур

— Суровый, — говорит Эзра. — Место, где люди не живут, а выживают. Где честь и кровная месть – не пустые слова. Где не прощают слабости.

Палец опускается ниже, на запад.

— Альба.

Остров выглядит замкнутым. Бухты глубокие, но береговая линия изрезана так, что не сразу поймёшь, где вход, а где просто скалы. Белая Гавань, столица, укрыта в глубине фьорда, как тайна, которую не хотят открывать.

— Изоляционисты, — поясняет Эзра. — Не любят никого, кроме себя.

Смотрю на этот остров и чувствую, что там не место для чужаков. Даже для тех, кто не пират.

— Мидея.

Я вижу его сразу. Самый крупный остров на карте. Центральный, с широкими бухтами и множеством портов. Сердце Океана – столица, отмечена не точкой, а звездой.

— Важный город. Там всё продаётся и покупается, даже если ты пират, если есть золото, — говорит Эзра, и в его голосе слышится усмешка. Он говорит о мире, где деньги решают всё. Где нет врагов и друзей, есть только цена. И это, наверное, хуже, чем открытая ненависть.

— Эридан.

Он внизу. Южный, вытянутый вдоль тёплых вод. Берега пологие, песчаные. Столица Порт Штормов стоит прямо на побережье, открытый всем ветрам.

— Жаркий, там сахар и рабы, — говорит Эзра.

Сахар и рабы. Два слова, которые не должны стоять рядом. Но они стоят. Я смотрю на этот остров и вижу себя на невольничьем рынке. Среди тех, кого продают. Я чувствую его тепло через карту, но мне становится холодно. Внутри.

— Дорн, — палец Эзры уходит в угол карты, почти за её край.

Пустыня. Редкие точки городов, пустые пространства между ними. Столица Закатная Цитадель обозначена крошечным значком на краю.

— Туда никто не ходит, даже пираты, — добавляет Эзра, — там нечего брать. Но и нечего давать. Там живут те, кто не хочет, чтобы их находили.

Он задерживает палец на чёрных точках у края карты.

— Чёрные скалы. Здесь мы. Здесь закон не пишут короли, а договариваются пулями и словом.

Смотрю на этот архипелаг. Множество мелких островков, разбросанных по карте, как осколки разбитого зеркала. Нет главного, нет столицы, нет правил, кроме тех, что ты сам можешь защитить. Это место так похоже на меня. Не привязанное, не определённое, ещё не нашедшее свою форму. С одной лишь разницей: Черные скалы указаны на карте, а я…

— А это? — мой палец ложится рядом с его, касается линии, которую я не могу прочитать. Пятно тумана, почти невидимое на карте.

Он молчит. Смотрит на меня, потом на карту.

— Здесь никто не живёт.

Он не говорит «это мы», не говорит «наш дом». Просто убирает руку и отступает на шаг, давая мне пространство. Как будто боится, что я что-то запомню, что-то унесу с собой.

Но я уже запомнила. Семь морей. Семь королевств. Каждое со своей землёй и водой. Одни больше, другие меньше, но все они отделены друг от друга морем. И только те, кто знает путь, могут найти безопасную гавань. И Эридан – рынок, где продают людей.

— Эридан, — говорю я. — Меня хотят продать туда.

Он смотрит на меня. Секунду. Две.

— Хотят. Но капитан ещё не решил.

Он говорит это спокойно, без сочувствия, без жестокости. Просто факт. И он всё ещё не верит, что я не шпионка. Он ждёт, пока я ошибусь.

— А если я не враг? — спрашиваю. — Если я действительно случайно оказалась здесь?

Он смотрит на меня, и я вижу в его глазе ту же усталую мудрость, что и в каждом его движении.