Онлайн книга «Раздевайся, отличница!»
|
В общем, всё во мне кричало, что неловкости на семинаре не избежать! Так что я не выдержала. Сказала девчонкам, что у меня разболелся живот, и ушла с занятий. Всё то время, что наша группа изучала промывание мозгов, я сидела в своей комнате и думала, что делать: идти или не идти на работу. С одной стороны, там меня точно ждали новые колкие замечания и стыдные моменты. Но, с другой, не могла же я прятаться от Вэнса до бесконечности! Если у нас будет неприятный разговор, так пусть хоть наедине, не в аудитории. Да и надо же всё же уволиться по-человечески... Чтобы Вэнс не думал больше, будто я в него влюбилась и всё такое, я специально оделась так строго, как только сумела: в черный деловой костюм с жакетом и белую блузку, которую я застегнула на все пуговицы. В смысле, целиком. Вообще на все. Даже на самую верхнюю, которую не застёгивала раньше вообще никогда и которая, как оказалось, давила на шею. Плевать. Зато Вэнс не подумает лишнего. И не будет никаких таких намеков. * * * Вэнса я застала вынимающим из шкафа очередную огромную пачку анкет. Он стоял в полный рост в черных брюках и белой рубашке — ну прямо, как я нарядился, считая пиджак, отдыхавший на стуле. В манжетах виднелись запонки в виде небольших серебряных треугольничков с глазиками внутри. Ремень был тот же самый, что и в субботу. Углядев серебряную пряжку, я тут же вспомнила свой эротический кошмар, приснившийся этой ночью, и почувствовала, как краснеют щёки. Ненавижу его шмотки! И себя за то, что пялюсь на них вечно! — Добрый день, мисс Вуксанович, — произнес шеф и слегка поднял брови, из-за чего на секунду мне показалось, что этот вредина ещё и мои мысли читать умеет. — Добрый день, сэр, — ответила я. — Я хотела бы... Он осмотрел мой наряд беглым взглядом, слегка улыбнулся и, глядя мне прямо в глаза, перебил: — Мисс Вуксанович, зачем вы прогуляли семинар? — Я... Э... Живот болел... — Неправда. Вы же здесь. — Теперь он не болит. — А если честно? — Он слегка прищурился. — Вы, что, так рвётесь на отработку? Неужели готовы пожертвовать своей идеальной посещаемостью ради дополнительных пятнадцати минут наедине со мной? — Я... Не... Мой язык прилип в нёбу. То, что сказал он, было такой наглостью, такой нелепой чушью, что я вновь потеряла дар речи. — Я вообще не собираюсь оставаться с вами наедине! — выдавила я, когда он вернулся. — Но вы же пришли, — сказал Вэнс. — Мы уже здесь вдвоём. — Я пришла узнать... узнать... как взять расчёт. — Вы хотите уволиться? То ли мне показалось, то ли на лице шефа мелькнуло огорчение. — Нет, но... Вы же, наверно... — Вы думаете, я уволю вас за то, что вы любите ползать на четвереньках? О, нет, мне это нисколько не мешает. Разумеется, зная нравы здешних девиц, я не храню в кабинете ничего по-настоящему личного. А тратить силы и время на поиски другой исследовательницы моих ящиков и моих штанов, у меня нет никакого желания — тем более, она начнет по новой то же самое. Так что будьте, добры, мисс Вуксанович, принимайтесь за работу. Он выразительно шлёпнул на стол свою кучу анкет. Я посмотрела на нее, собралась с духом и произнесла: — Сэр, я ещё раз извиняюсь за вторжение в тот ящик. Меня очень просила подруга. И чтобы вы знали: вы мне совершенно не нравитесь... то есть... ну только как препод... короче... Я в вас не влюбилась! |