Книга Раздевайся, отличница!, страница 67 – Марципана Конфитюр

— Ты ж сама велела мне смываться. Я и смылся. Ну, короче, не уволил — и отлично. Впрочем, если даже и уволил бы — если честно, невелика потеря. Ты же не зависишь от этой работы. Мой отец отлично платит твоей матери.

— Да, но...

Не объяснять же «брату», что у меня есть свои мотивы держаться за место при Вэнсе! Он уж точно засмеёт мою влюблённость.

— Знаю-знаю! Ты отличница, и тебе невыносима даже мысль о том, чтобы оказаться не правой и не крутой в чём угодно, в любой ерунде. Ладно, слушай. Это всё не важно. Виктор — повар.

— Повар?!

— Да. Я нашел его дело. Там есть фотография. Его действительно зовут Виктор и с этого года он трудится в Академии младшим поваром. Каков наглец, а? Заявлялся к нам на лекции, студентом притворялся, клеил девушек, ворвался в твою комнату... Паршивый кашевар! Я сегодня же ночью отправлюсь на кухню и объясню ему, где его место!

— Погоди, погоди... Прямо ночью?

— Да, — сказал Корнелиус. — Ну, утром. Рано утром. Если первый завтрак с семи утра, значит, в пять или шесть они точно должны быть на месте. К тому же, в это время в столовой точно никого не будет — и никто не помешает мне оттуда пройти на кухню.

— А ты знаешь, где кухня?

— По ходу найду. По-любому ведь должен быть ход из столовой туда.

— Слушай, может, не надо? Этот Виктор всё равно уже исчез. Он понял, что его разоблачили, и прижал хвост. Думаю, на лекциях он больше не появится. Зачем нужны драки, скандалы, вот это вот всякое?..

— Чтобы другая обслуга не думала, что безнаказанно может лезть в наши секреты! Да и вообще, Мирра! Он же тебя оскорбил! Ты же поддержала этот план! Чего сливаешься?

— Я вовсе не сливаюсь...

— Если мы сейчас всё бросим, то получится история с ключами была зря, — сказал Корнелиус, лукаво посмотрев на меня. — И ты зря рисковала своей ненаглядной работой.

Тут из ванной вышла Клементина. Она снова была в полотенце — как совсем недавно, в тот день, когда они с Корнелиусом фехтовали сперва в прямом, а потом и в переносном смысле. В тот раз он тоже приходил ко мне, тоже вечером и тоже с новостями про Виктора. История повторялась. Вот только если в пятницу между ними прямо-таки искрило, то сегодня оба притворились, что не знакомы. Клементина молча пошла в кухню. Корнелиус проводил ее мрачным взглядом, не поздоровавшись.

Да, он явно всё ещё страдает. Погоня за Виктором — это его отдушина. Было бы подло мешать ему бегать за этим воображаемым злодеем. Да и отговаривать бессмысленно...

— На кухню так на кухню. Только чур я с тобой.

Ровно в 5:30 утра мы с Корнелиусом встретились в столовой жилого корпуса. Разумеется, тут не было ни души. Однако столовая оставалась открытой, и для тех, кому не спится, здесь всю ночь были разложены свежие фрукты, орехи и разные виды сыра и расставлены холодные напитки.

Я с трудом оторвала себя от кровати, а по пути сюда ещё и вспомнила, что так и не собралась выучить разновидности инопланетян, так что зла была до ужаса. Триста раз я уже пожалела, что потакаю Корнелиусу в этой его идиотской охоте на Виктора! Казалось бы: ну повар, ну придурок, ну ходил на наши лекции... Подумаешь! Он наверняка там и не понял ничего, как большинство моих сокурсников! Вот если спросить его, кто и зачем убил Кеннеди, что он ответит? Сто процентов всё уже забыл! Но нет, Корнелиусу вздумалось раздуть из этого ничтожного эпизода опасное приключение! Держу пари, он в такой час сюда попёрся не потому что в столовой никого нет, а чтобы детективнее смотрелось!