Книга Эхо флейты из Гаммельна, страница 32 – Наталья Николаевна Александрова

С трудом справившись с головокружением, я двинулась вперед.

Я шла медленно и осторожно, как по тонкому льду, и не могла отделаться от чувства, что при неосторожном шаге могу провалиться сквозь прозрачный пол и оказаться в черном безвоздушном пространстве, в бескрайнем одиночестве космоса, где тут же превращусь в ледышку…

Стеклянный коридор сделал крутой поворот, и наконец я оказалась во втором зале кафе.

Этот зал тоже был очень необычным.

Собственно, это был не зал, а закрученная спиралью галерея, вдоль стен которой стояли металлические столы. За каждым столом сидели посетители — молодые парни и девушки, по внешности которых сразу можно было понять, что они компьютерщики.

Парни — до глаз заросшие кудлатыми бородами, девушки — бледные создания в бесформенных балахонах или свитерах грубой вязки. Перед каждым из них на столе стоял непременный ноутбук, рядом — чашка кофе и тарелка с орешками и шоколадом.

Я шла вдоль этой галереи, разглядывая посетителей.

И вот, увидев очередного компьютерного гения, худого блондина с реденькой бородкой неопределенного цвета, я невольно насторожилась и сделала стойку, как охотничья собака при виде дичи.

Во-первых, если все остальные посетители не отрывались от экранов своих компьютеров, этот парень то и дело поднимал голову и быстро, настороженно оглядывался — то ли чего-то опасаясь, то ли кого-то высматривая.

Во-вторых — но это было еще важнее, — я почувствовала в его лице и во всем его облике что-то неуловимо знакомое. Что-то, напомнившее мне покойную Аню Судакову. А также меня саму.

Это чувствовалось в самой его осанке, в выражении лица…

Я замедлила шаги, а потом, неожиданно для себя самой, достала из кармана брелок, который дала мне Даша — игрушечную лисичку, — и принялась крутить его на пальце.

И тут же блондин, которого я отметила, привстал, взглянул мне в глаза и поманил к себе.

Я подчинилась, подошла к нему и села рядом.

— Ты от Дашки, — проговорил он вполголоса не вопросительным, а утвердительным тоном.

— Допустим…

— Давай! — Он протянул руку ладонью вверх.

Но я не спешила отдавать ему лисичку.

— А ты вообще кто?

— Хватит уже выделываться! Я Альберт, Дашкин брат! Отдавай уже то, что взяла у Дашки!

Но я все еще не спешила. У меня в этом деле был свой собственный интерес.

Прежде чем отдать лисичку, я пристально взглянула на парня и спросила:

— Ты ведь получил такое письмо? — и положила на стол перед ним конверт с моим адресом.

Он вздрогнул, удивленно уставился на конверт, потом перевел взгляд на меня и спросил:

— Ты вообще кто?

— Что за манера — отвечать вопросом на вопрос?

Он нахмурился, недоверчиво посмотрел на меня:

— Интересно! Я вижу тебя первый раз в жизни, и с чего я должен тебе верить?

— Ладно, бери… Я обещала твоей сестре передать это тебе… — И я отдала ему брелок.

Он спрятал лисичку в карман, немного успокоился и проговорил:

— Как она вообще, Дашка?

— Сама она вроде в порядке, но у нее в квартире сидят какие-то хмыри, они явно караулят тебя. Кто это вообще такие?

— А, лучше тебе об этом не знать. Знаешь, как говорят: меньше знаешь — крепче спишь.

— Ну ладно, в конце концов, это твои собственные проблемы. Меня они не касаются. Но вот это — я показала глазами на конверт, — вот это уже касается меня напрямую. Так вот, я еще раз спрашиваю: ты получил такое же письмо?