Книга Прости, если сможешь, страница 89 – Юлия Гойгель

Какая же я неуклюжая. Даже пирожное не могу удержать.

Я смотрю на свои дрожащие руки, испачканные кремом, и чувствую, как внутри поднимается волна стыда. Раньше я могла делать всё. Я пекла пироги, держала сына, обнимала мужа. А теперь я не могу даже съесть пирожное, не раздавив его в пальцах.

— Аля, ты устала. Просто наслаждайся, — мягко произносит мужчина, забирая пирожное и придерживая своими пальцами. — Кусай. Смелее. Или крем ложкой собрать?

Я чувствую, как от его близости по коже пробегают мурашки. Он сидит так близко, что я слышу его чуть учащённое дыхание, чувствую аромат его парфюма, смешанный с таким родным, знакомым запахом его тела.

— Нет, — слизываю языком сладкую шапочку и случайно касаюсь его пальцев. Чувствую тепло его тела, и во рту остаётся не только сладость крема, но и вкус его кожи. Неловко отстраняюсь. — Ничего, если укушу?

Он подносит пирожное к самому рту.

— Разве я хоть раз жаловался, когда ты кусала?

Воспоминание, вызванное его словами, накрывает меня с головой. Наши ночи. Я помню каждую, словно это было вчера. То, как он целовал, как трогал руками, как я билась под ним от наслаждения.

Снова касаюсь губами его пальцев, и на этот раз не случайно. Я хочу этого. Хочу чувствовать его. Хочу забыть, что он не мой. Хочу хотя бы на секунду представить, что он свободен, что я имею право на это.

Спешу отстраниться.

Но Яр чуть надавливает на мои губы, заставляя доесть до конца. Пирожное тает во рту, но я почти не чувствую вкуса. Всё моё внимание сосредоточено на его пальцах, на его близости, на том, как он смотрит на меня.

Чувствую, что вся испачкалась в креме. На губах, на подбородке, на щеке. Я хочу вытереться, но мужчина наклоняет голову и сцеловывает испачкавший меня крем. Я позволяю, не в силах сказать «нет». Только раз, всего раз, ещё раз коснуться его, почувствовать сладость не крема, а его поцелуев. Горячее дыхание обжигает, и я закрываю глаза, позволяя этому ощущению заполнить всё внутри.

Пересилив себя, отстраняюсь первой. Но мужчина пытается удержать меня, придерживая рукой за плечи.

— Нет, Яр!

— Почему? — его голос хриплый, низкий. — Ты же хочешь этого. Я вижу. Из-за Андрея?

Я качаю головой.

— Нет. Из-за твоей жены, — не удерживаюсь и добавляю: — Но я не удивлена. Почему-то всегда думала, что ты будешь изменять своей жене. Или это ты так решил меня пожалеть?

— А кто тебе сказал, что я женат? — не меняя спокойного тона, спрашивает Ярослав.

Инстинктивно тру пальцами виски. Мне сказали, что у меня могут начаться проблемы с памятью. Я могу забыть даже дату своего рождения или то, о чём со мной разговаривали всего пять минут назад.

— Андрей.

— Когда он это сказал? — осторожно уточняет мужчина. — Ты точно ничего не путаешь?

— Ты имеешь в виду, что я могла всё перепутать сейчас? — удивляюсь я. — Нет, я точно ничего не путаю. Андрей рассказывал это при всех. Когда ты ему сказал, что у тебя родилась дочь. Кажется, Лена тогда приводила знакомить с нами своего второго мужа. Она ещё спросила, стоит ли ждать пригласительных на твою свадьбу. Предположила, что ты, то есть вы устроите грандиозный банкет. А Андрей сказал, что она опоздала, что свадьба уже была.

Ярослав продолжает смотреть мне в лицо, и я, испугавшись, что у меня начинаются проблемы с рассудком, морщусь, вытаскивая из памяти мельчайшие подробности того обеда. Мне уже всё равно, что Ярослав женат. Мне нужно доказать себе, что я не схожу с ума.