Книга Сто шагов до счастья, страница 33 – Ольга Гусевицина

В социальной сети Мариша случайно натолкнулась на группу, посвящённую городку её юности. Полистав ленту, она с радостью обнаружила множество фотографий с видами знакомых улиц и домов, запечатлевших современную жизнь тех мест.

Дольше всего она разглядывала архивные снимки, на которых узнавала лица и памятные её сердцу уголки. Маришу охватила лёгкая грусть — с тех пор, как почти двадцать лет назад не стало бабушки, она здесь не бывала. Руки сами потянулись к старому фотоальбому на полке над рабочим столом. Перелистнув несколько страниц, она легко нашла снимки своих шестнадцати лет и фотографии ребят из городка. Отсканировав их, Мариша разместила в группе.

В тот же день под фотографиями откликнулась администратор Катя. Выяснилось, что она помнит всех, кого назвала Мариша, и сама выросла в этих местах. Так у них родилась идея собрать на Купалье общих знакомых.

Затея быстро воплотилась в жизнь: вскоре дружная компания договорилась встретиться у Кати.

Добравшись до городка на рейсовом автобусе, Мариша с замиранием сердца прошлась по знакомым улицам. Каждый дом будил в памяти отдельную историю. Вот у этого, с резными наличниками, она когда-то упала с велосипеда, разбив колени в кровь. А в следующем жила огромная добрая колли — Марише даже почудилось, что собака вот-вот выбежит ей навстречу, как в детстве.

Свернув на родную Набережную улицу, она с удивлением и радостью обнаружила старый колодец с журавлём. Теперь у него появилась крыша, сделавшая его безопаснее. Асфальтированная дорожка вела к озеру, окружённому раскидистыми тополями.

Железная беседка во дворе бабушкиного дома стояла как прежде — помнившая множество Маришиных вечеров. Проведя рукой по скамейке, она легко нащупала две выцарапанные буквы «М», разделённые плюсом. Когда-то она оставила этот знак, не представляя, что ждёт её впереди…

Погуляв по улицам, Мариша направилась к Кате. Войдя в дом, она поразилась его убранству: повсюду висели самотканые дорожки и вышивки, а в углу стоял настоящий ткацкий станок. Хозяйка словно сошла со старинного фото — статная, с русой косой ниже пояса.

Вскоре появился Лёня. В бордовой рубашке он скорее напоминал поседевшего цыгана, чем прежнего Лешего с вечно лохматой головой. Но искромётным шутником остался — его меткие словечки заставляли всех хохотать, будто и не прошло двадцати лет.

Появившийся на час позже Саня в светлом костюме сиял улыбкой с неизменными ямочками на щеках. Он дурачился, словно мальчишка: строил рожицы, ставил рожки и норовил пощекотать всех, кто пытался с ним сфотографироваться.

Больше всего от его проказ доставалось Марише. Он вытащил шпильки из её причёски-ракушки, и волосы тяжёлыми волнами рассыпались по плечам. Возмущение Мариши он остановил неожиданным поцелуем в щёку и потоком комплиментов: говорил, что она всё так же прекрасна, как в семнадцать. От такой пылкости она даже смутилась.

Ближе к вечеру палящее солнце спряталось за многоэтажку, и они всей компанией переместились под раскидистую яблоню возле дома Кати, где накрыли небольшой стол и поставили скамейки.

За ужином воспоминания переплетались с рассказами о настоящем. Лёня открыл мебельную фирму, а Саня прошёл путь от водителя-дальнобойщика до директора логистической компании.