Книга Сельский шик для мажора, страница 113 – Даниэлла Ник

В гардеробной нахожу свои ключи от машины. Отвык уже водить машину, наверное. Почти месяц не садился за руль. Решаю позвонить маме по пути в больницу, и усаживаюсь на пуф завязать на кроссовках шнурки. Наклонившись, краем глаза выхватываю под шкафом голубую пластиковую папку, которую достаю оттуда.

Пробегаюсь глазами по документам и ни хрена не понимаю. Это дарственная на квартиру. На папину квартиру. Адрес ее точно, данные папины и Смышляевой Алены Сергеевны. Хм, это для меня открытие, конечно. Беру папку с собой, на всякий случай. Я не буду ничего выдумывать, спрошу прямо.

В машине по громкой связи набираю маму. Она очень радуется моему приезду и завтра же ждет нас с Аленой на ужин.

— Мам, а папа свою квартиру не планировал продавать?

— На Ленина которая? – удивляется она. – Нет, ни слова не говорил. А что?

— Да так просто, мимо проезжаю.

— Он очень своеобразный стал после пересадки. Не хотела тебе говорить раньше. Это все последствия болезни, сам понимаешь. Поэтому, будь потерпимее с ним, ладно?

— Хорошо, мам.

— С Аленой они очень хорошо ладят. Она часто бывает у него. Такая заботливая.

— Да, мам. Завтра увидимся. Маруське привет!

Тщетно пытаюсь дозвониться своей девушке, но она не берет трубку. Ощущая в груди легкое беспокойство, оставляю машину на парковке и два счета взлетаю по входной лестнице.

Вежливо поздоровавшись с медсестрой в приемном покое, шагаю в палату к отцу.

— Матвей! – окликает меня женский голос. – Это ты? Надо же!

Обернувшись, узнаю Аню.

— Привет, ты здесь сейчас? – вежливо интересуюсь я. В принципе, она может даже не отвечать. На ней надет белый халат и бейджик с именем и должностью.

— Да, на пару месяцев подменить коллег-отпускников, – улыбается мне в ответ. – Как твоя стажировка в Израиле?

— Отлично! – пожимаю плечами. Совершенно не удивлен ее осведомленностью, потому что в клинике о моей поездке знали практически все. – Извини, я спешу!

— Да-да. Я понимаю. – слегка придвигается ко мне поближе. – Ты к кому спешишь? К отцу?

— И к нему тоже.

— А Алена, я так понимаю, вы встречались с ней?

Я слегка морщусь. Мне не нравится, как она об этом спрашивает. Влажные глаза следят за моей реакцией, а пухлые губы слегка приоткрыты от ожидания моего ответа.

— Я пойду, Аня.

— Я хотела тебя предупредить, Матвей! – легонько касается меня рукой. – Деревенские девушки не так просты, как кажутся.

— Что ты имеешь ввиду?

— Ты слышал о черных риелторах? – закусив губу, спрашивает девушка.

— Ты бредишь?

— Я? – удивленно распахивает глаза. – Нет, Матвей. Я вполне отдаю себе отчет в том, что говорю. Так слышал или нет?

— Слышал, и что?

— Такие люди, как твой отец – лакомый кусок. Извини, конечно, но стопроцентных шансов никто не дает на исцеление. Он не один такой, в Москве были подобные ситуации. Аленка от него не вылазит, медсестры мне говорили, что они обнимаются и держатся за руки. А не так давно к нему приходил юрист и нотариус. Я не знаю уж, для чего. Но между ними отношения явно ближе, чем медсестра и пациент. Тем более, твой отец женат. Твоя мать – очень красивая женщина, Матвей.

Ее слова бьют прицельно в грудь. Я не верю, не хочу верить в то, что она мне говорит, но папка с дарственной жжет руку.

— Ты здесь работаешь, или сплетни собираешь целыми днями? – цежу я сквозь зубы и резко разворачиваюсь, чтоб уйти.