Книга Нежеланный брак, или уроки любви для герцога, страница 121 – Кати Владмар

— Что случилось? — спросил он, заметив мое замешательство. — Ты побледнела. Тебе нехорошо?

Я смотрела на его лицо, ещё час назад казавшееся таким любимым и родным, и не могла произнести ни слова. В голове кружились сотни вопросов, которые я хотела задать: Правда ли, что ты видишься с Викторией? Планируешь ли ты изменить наш брачный контракт? Говорил ли ты с ней обо мне? Неужели всё это время ты лгал мне?

Но вместо этого я просто пробормотала:

— Ничего. Просто устала.

Родерик внимательно посмотрел на меня, словно пытаясь прочесть мои мысли. В его взгляде мелькнуло что-то: тревога? раздражение? досада? Мне показалось, что он не поверил моим словам.

— Если так, мы можем уехать домой, — предложил он. – Уже поздно.

— Да, пожалуйста, — быстро согласилась я, не желая оставаться на балу ни минутой дольше. Мне нужно было время подумать, разобраться в хаосе эмоций и сомнений.

Он взял меня за руку и повёл через бальный зал к выходу. Его ладонь была теплой и крепкой, но сейчас это прикосновение не дарило уверенности. Я шла рядом с ним, но чувствовала себя бесконечно далёкой, словно между нами внезапно выросла невидимая стена из слов Виктории, из моих сомнений, из его возможной лжи.

Когда мы уже подходили к выходу, перед нами возникла Виктория. Её глаза, встретившись с моими, блеснули холодным торжеством, а на губах играла лёгкая улыбка превосходства. Моё сердце пропустило удар — сейчас я увижу, как они ведут себя друг с другом.

— Родерик, дорогой, ты уже уходишь? — спросила она с нескрываемой фамильярностью, от которой у меня запершило в горле. – Так рано?

Я украдкой взглянула на Родерика, ожидая его реакцию. Его лицо оставалось непроницаемым, лишь челюсть слегка напряглась.

— Да, леди Дарлингтон, — сухо ответил он. – Нам с женой уже пора.

В его голосе не было ни намека на теплоту, ни капли того, что можно было бы принять за близость. Это немного успокоило меня, но сомнения всё равно терзали душу.

— Какая жалость, – она сделала вид, что разочарована, но в глазах плясали холодные искры. — Надеюсь, мы скоро снова увидимся.

— Доброй ночи, — коротко ответил Родерик, и мы вышли из зала.

Всю дорогу домой я молчала, погруженная в свои мысли. Слова Виктории эхом отдавались в моей голове, каждое воспоминание о Родерике теперь подвергалось сомнению.

Он несколько раз пытался завести разговор, спрашивал, понравился ли мне бал, что сказала королева, но, видя мою замкнутость, вскоре оставил эти попытки. Мы ехали в тягостном молчании, и я чувствовала, как растет напряжение между нами.

Когда мы уже подъезжали к дому, меня вдруг пронзило воспоминание. В один из дней в начале нашего брака, когда я только начала выходить в сад, тогда я впервые увидела Викторию, приезжающую в поместье. Я вспомнила высокомерную гримасу на ее лице, когда она скользнула по мне взглядом, словно по пустому месту. И слова дворецкого: «Его светлость в кабинете, леди Дарлингтон.»

Тогда я не придала этому значения, но сейчас… Сейчас эта сцена обретала зловещий смысл. Родерик действительно принимал её в поместье, даже после нашей свадьбы. Они встречались, разговаривали, и, возможно, планировали… что? Моё будущее? Конец нашего брака?

Поместье встретило нас тишиной и покоем после шумной столицы. Снег укрывал сад белым одеялом, деревья стояли в серебряном инее, и всё казалось таким знакомым и надёжным. Но для меня теперь даже родные стены выглядели иначе — словно декорации в театре, где разыгрывается пьеса, смысл которой мне неизвестен.