Книга Нежеланный брак, или уроки любви для герцога, страница 119 – Кати Владмар

— О, это не так, — Виктория слегка покачала головой. — Сначала я, конечно, злилась, но потом осознала, что могу тебя понять. В конце концов, Родерик поразительно красив, богат и титулован, мало кто сможет устоять перед таким мужчиной. Было ошибкой таким грубым образом польститься на чужое, но даже ты не заслуживаешь столь сурового наказания.

Её голос был полон фальшивого сочувствия, и это почему-то пугало больше, чем открытая враждебность.

— Кстати, — добавила она как бы между прочим, — он ведь отговорил тебя от участия в этом… проекте школы для женщин, не так ли?

Мое сердце болезненно сжалось. Она говорила о вещах, в которые не был посвящен никто из посторонних. Я вспомнила наши разговоры с Родериком о школе. Он никогда напрямую не запрещал мне участвовать в проекте, не приказывал отказаться от него. Вместо этого он мягко, почти незаметно подвёл меня к мысли, что это плохо скажется на нашем семейном благополучии. Говорил о том, как важно сейчас сосредоточиться на Софи, на нашем доме, на укреплении отношений. Его слова звучали так разумно, так заботливо… Я сама приняла решение отложить участие в проекте, считая, что поступаю правильно. Но что, если это была тонкая манипуляция? Что, если он намеренно изолировал меня от возможных союзников? Я невольно съёжилась, и Виктория заметила это, как хищник замечает слабость жертвы.

— Ты удивлена? — Виктория насмешливо приподняла бровь, и на её губах заиграла снисходительная улыбка. — Неужели ты действительно поверила, что его беспокоило благополучие вашей «семьи»?

Она произнесла слово «семья» с явным презрением.

— Он просто не хотел, чтобы ты приобрела себе влиятельных покровителей, — продолжала Виктория, словно читая лекцию несмышленого ребёнку. — Родерик всегда тщательно просчитывает каждый шаг… Одинокая женщина — более удобная жертва.

Я вспомнила, как настороженно Родерик относился к моему знакомству с леди Бервик и визитам к ней. Что, если Виктория права, и всё это была просто стратегия?

— Откуда вам это известно? — мой голос звучал тихо, почти испуганно, и я ненавидела себя за эту слабость.

— От самого Родерика, конечно, — она говорила так уверенно, что сомнения закрались в мою душу подобно ядовитым змеям. — Мы с ним видимся… довольно часто. Чаще, чем ты можешь представить.

Образ Родерика, возвращающегося домой поздно вечером с едва уловимым ароматом чужих духов, внезапно всплыл в памяти. Тогда я отогнала подозрения, но теперь…

Я молчала, не зная, что ответить. Мысли путались в голове, сердце билось так, что, казалось, Виктория должна была слышать его стук. Откуда она могла знать о о школе? Это было нашим личным делом, мы обсуждали это наедине. Если только…

— А его «ревность» к принцу Альберту? – продолжала Виктория, явно наслаждаясь эффектом, который производили её слова. – Ты, должно быть, приняла это за проявление чувств? Как трогательно… и как простодушно.

Она покачала головой, глядя на меня с фальшивой жалостью, от которой внутри всё переворачивалось.

— Это часть его плана – заставить тебя поверить в его привязанность.

— Довольно, – я выпрямилась, пытаясь придать голосу твёрдость. Что-то во мне сопротивлялось, не желало верить словам этой женщины. – Я не верю ни единому вашему слову.

— Как хочешь, – она пожала плечами с видом человека, выполнившего свой долг. – Я лишь хотела дать тебе возможность подготовиться. Либо начинай договариваться о возвращении в родительский дом, либо запасайся тёплыми вещами.