Книга Нежеланный брак, или уроки любви для герцога, страница 129 – Кати Владмар

Я медленно возвращалась к жизни. Лихорадка отступила, оставив после себя слабость и странную пустоту внутри. Две недели я провела в гостеприимном доме Лидии Бервик, окружённая заботой и вниманием. Мне выделили светлую комнату на втором этаже, с окнами, выходящими в сад. Здесь было тихо и спокойно — именно то, что нужно израненной душе.

Доктор, которого пригласила Лидия, сказал, что мне повезло — ещё немного, и воспаление лёгких могло стать фатальным. Но молодость и крепкое здоровье сделали своё дело. Теперь мне предписывался покой, укрепляющие отвары и постепенное восстановление сил.

Я много спала. Сон был единственным убежищем от мыслей о Родерике, о его предательстве, о разрушенных надеждах. Во сне я не чувствовала боли, не мучилась воспоминаниями, не думала о будущем, которое теперь казалось таким неопределённым.

В то утро я проснулась от громких голосов, доносившихся снизу. Сначала мне показалось, что это часть сна — смутного, тревожного, в котором я бежала по бесконечному лабиринту. Но постепенно сознание прояснилось, и я поняла, что слышу голоса наяву.

Один из них заставил моё сердце болезненно сжаться. Родерик. Я узнала бы его голос из тысячи — глубокий, с характерными интонациями, сейчас звучащий напряжённо и требовательно.

— Я должен увидеть её, — донеслось до меня. — Я имею право знать, что с моей женой!

— Я уже говорила вам, герцог, — холодно отвечала Лидия, — мне неизвестно местонахождение леди Бельмонт. И я прошу вас покинуть мой дом.

Я приподнялась на подушках, прислушиваясь. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, заглушало их голоса. Он здесь. Он пришёл за мной. Страх и гнев смешались в душе, заставляя руки дрожать.

— Я знаю, что она здесь, — настаивал Родерик. — В округе у нее больше нет друзей. Куда ещё ей было идти?

— Это мне неизвестно, — в голосе Лидии звучал металл. — Вам лучше знать, герцог, где и почему вашей жене пришлось искать убежище вне стен поместья Бельмонт.

Наступила пауза. Я представила, как Родерик сжимает кулаки — он всегда делал так, когда злился, но пытался сдержаться.

— Это сложно объяснить, — наконец произнёс он, и голос его теперь звучал тише. — Но я никогда не хотел причинить Розали боль. Я люблю свою жену.

Горечь поднялась к горлу. Как легко ему давались эти слова! Как искусно он играл роль любящего мужа, когда это было нужно для достижения его целей.

— Словами о любви часто прикрывают самые ужасные поступки, — ответила Лидия с холодным достоинством. — Настоящая любовь не причиняет боль.

— Вы не имеете права вмешиваться в наши отношения! — в голосе Родерика прорвался гнев, который он, видимо, с трудом сдерживал. — Розали — моя жена!

— Розали — прежде всего человек, — ответила Лидия. — Человек с собственными чувствами и правом выбора.

Внизу повисла тишина, и я затаила дыхание, ожидая взрыва. Родерик не привык, чтобы ему перечили, особенно женщины. Но когда он заговорил снова, его голос звучал глухо, почти смиренно.

— Передайте ей, что я буду ждать её дома, — слова долетали до меня приглушённо, и мне пришлось напрячь слух. — Что бы она ни думала обо мне, что бы ни видела — это недоразумение. И я надеюсь, что она даст мне шанс всё объяснить.

— Если я увижу леди Бельмонт, то обязательно передам, — ответила Лидия тем же холодным тоном. — А теперь я прошу вас уйти.