Книга Звезда экрана, страница 70 – Татьяна Устинова, Павел Астахов

Сеньке за один съемочный день платили десять тысяч, что суммарно выходило дороже, потому что роль у него была хоть и не самая главная, но довольно большая. Но Настя младше, да и еще неизвестно, увеличат ее роль в сценарии, как пообещал Клипман, или она так и останется этим, как его, флешбеком. Для первого раза и пятьдесят тысяч – вполне себе приличные деньги.

— Вы хотите узнать общую сумму? – догадался Клипман. – К сожалению, сейчас трудно сказать, сколько у Асеньки будет съемочных дней, но не меньше десяти, это точно.

— Что значит «общую сумму»? – не поняла Натка.

— Ну, пятьдесят тысяч – это стоимость одной смены. Обычно у взрослого актера она двенадцать часов. У ребенка, конечно, меньше. Думаю, мы будем держать нашу звезду на площадке часов пять, не больше.

Одной смены?! Не меньше десяти съемочных дней?! Так это что же, Настя получит за съемки в сериале Клипмана полмиллиона?! У Натки от таких перспектив совсем дух захватило и даже голова закружилась.

— Вы волшебник? – блестя глазами, спросила она у Клипмана. – Или тоже инопланетянин?

— Нет, я человек, влюбленный в детское кино, – серьезно ответил Клипман. – И надеюсь сделать все для того, чтобы в него снова влюбилась вся страна.

С кастинга Натка уходила совершенно окрыленная. Ее просто распирало от желания поделиться с близкими таким замечательным результатом. Костя был еще на работе, поэтому, не выдержав, Натка позвонила сестре. Та, конечно, тоже работала, но, по Наткиным расчетам, явно уже вернулась домой.

— Лена, ты не представляешь, что произошло, – выпалила она, когда сестра приняла ее вызов. – Я в восторге. Это такой удивительный человек! Какое счастье, что я его нашла. И так все удачно складывается. Сенька будет сниматься у Мальковского, а Настя у него. То есть Ася. Лена, я совсем скоро увижу имена своих детей на афишах. И все будут при виде меня шептаться: «Смотрите, это мать Арсения Кузнецова и Аси Конти».

— У него – это у кого? – деловито уточнила Лена. – Ты извини, я только пришла, еще даже не разделась, а мне надо няню отпускать. Она еще не до конца восстановилась после воспаления легких.

— У Юлия Клипмана. Это такой продюсер. Я понимаю, что ты никогда про него не слышала, но он совсем молод и абсолютно гениален. Абсолютно.

— Ну, почему же. Я очень даже про него слышала. – Лена в трубке усмехнулась. – Более того, он ответчик по делу в процессе, который я веду. Скоро как раз будет первое заседание.

— Ответчик? По делу? По какому делу?

— Взял деньги у одного из российских олигархов, пообещав снять на них кино. Но к съемкам так и не приступил.

— И олигарх требует вернуть деньги? Какие же эти богачи бездушные. Творческий процесс невозможно уложить в какие-то временные рамки. А они смотрят на съемки фильма как на конвейер, где вытачивают детали для, не знаю, комбайна.

— Комбайн, к слову, вполне себе сложная техника, нашпигованная электроникой, – вздохнула Лена. – А олигарх требует не вернуть деньги, а снять обещанный фильм. По-моему, вполне законное требование.

— Ну, разумеется, Клипман снимет фильм, – заверила Натка, как будто это зависело от нее. – И сериал, в котором он взял Настю на главную роль, тоже.

— А Настю взяли на главную роль? Поздравляю, ты все-таки добилась своего.

— Асю, – спохватилась Натка. – Да, взяли. Она будет играть Алису Селезневу в сериале «Сто лет тому вперед». То есть «Сто лье тому вперед». Кажется.