Книга Ещё не люди, страница 365 – Михаил Булыух, Михаил Тут

2

Через несколько дней запасы заметно уменьшились. У воды попадались следы крупных копытных, но стада проходили далеко и не задерживались возле нас. Я выбрал узкий участок между неглубокой промоиной и плотными зарослями, где звери регулярно сходили к воде одной и той же тропой. Следы шли поверх друг друга, часть помёта ещё не успела высохнуть, а на кустах с одной стороны листья были обломаны примерно на одинаковой высоте. Короткий предложил место в двадцати шагах ниже, где земля казалась мягче. Я показал ему на расходящиеся следы: там животные уже могли выбирать направление, а здесь тропа сжималась между кустами и краем промоины. Он посмотрел сначала на землю, потом на меня и без спора принялся копать там, где я указал.

Яму делали все, кто мог работать. Дети выносили рыхлый грунт руками, взрослые подрезали плотные края палками и камнем, Камень быстро изготовил ещё два острых отщепа, когда прежние затупились. К вечеру яму закрыли тонкими ветками, сверху набросали сухую траву и немного земли. Ничего нового в этой работе для группы не было. На следующий день ловушка оставалась пустой, зато через ночь нас разбудил тяжёлый шум и короткие хриплые крики. Молодой крупный полорогий свалился внутрь боком и сломал заднюю ногу. Он ещё пытался подняться, упираясь передними копытами в стенку, но каждый рывок только осыпал землю ему под грудь. Взрослые добили животное длинными копьями, после чего работа сразу стала спокойной и привычной.

Шкуру надрезали вдоль живота и ног, затем несколько человек постепенно отделяли её от туши, удерживая края натянутыми. Тихая работала коротким острым отщепом, Камень разделял сустав, а Короткий подсовывал под шкуру пальцы и тянул, когда ткань отходила без ножа. Снятый пласт растянули на ровном месте. Прыгун сел рядом со скребком и начал счищать жир с внутренней стороны слишком короткими движениями, оставляя полосы ткани. Седая оттолкнула его локтем, забрала скребок и за несколько минут очистила участок вдвое больше. Потом резко сунула инструмент обратно Прыгуну и ещё некоторое время следила за его руками. Он повторил её движения уже медленнее и больше не спорил.

Мясо резали на крупные полосы, сухожилия отделяли там, где они выходили чисто, длинные кости откладывали в сторону. Камень расколол первую бедренную кость двумя точными ударами. Трещина прошла вдоль стенки, и он сразу раздвинул обломки, не раздробив костный мозг вместе с костью. Самый жирный кусок мозга он протянул мне. Так делали давно: хорошие части крупной добычи сначала оказывались у старших, если те находились рядом. Я откусил немного и передал остаток сыну Тихой. Мальчишка схватил еду обеими руками, быстро вылизал жир с пальцев и через минуту уже вертелся возле воды, пока мать очищала шкуру.

Я заметил его слишком поздно. Он стоял по пояс в спокойной заводи и смотрел на меня, явно довольный тем, что Тихая занята. Когда я окликнул его коротким предупреждающим звуком, он сделал ещё шаг, потерял дно и сразу ушёл под воду. Голова появилась на поверхности, руки начали беспорядочно бить по воде. Тихая бросила шкуру, но до него было уже несколько метров глубины. Я успел сбросить с плеча сумку, снять с шеи ножны с ножом и оставить всё рядом с копьём, после чего вошёл в воду и поплыл.