Книга Мельница ангелов, страница 96 – Андреас Грубер

Только Хогарт подумал, что чертовски упрям и мог бы сейчас спокойно сидеть дома, как вдруг ноги у него поехали. Он рухнул навзничь, ударился лопаткой о камень, сумел ухватиться лишь за какую-то ближайшую колючую ветку и стал скользить вниз. С криком он пытался вцепиться в корни, но скорость падения только росла. Увлекая за собой лавину щебня и комьев земли, он мог лишь прикрывать голову руками. Когда уже думал, что летит по высокой дуге в ущелье к берегу Дуная, он с силой врезался в дерево. Удар выбил воздух из легких. Сначала он безуспешно пытался вдохнуть. Затем постепенно овладел собой. Попробовал пошевелить руками и ногами.

К счастью, ничего не было сломано. Не считая пары синяков и ушибов, он отделался сравнительно легко. По обе стороны от него вниз сыпались мелкие камешки. Где-то совсем рядом раздался глухой металлический лязг. С трудом переводя дыхание, он попытался подняться, но, оглядевшись, тут же снова опустился на землю на предательски подогнувшихся ногах.

Сосна, за которую он цеплялся, висела над обрывом, держась за скалу одними корнями. Если бы дерево не затормозило его падение, он бы сорвался вниз. И лишь сокол, с криком круживший над ущельем, стал бы свидетелем его полета. На мгновение птица застыла в воздухе, а затем стремительно ринулась в бездну.

Руки Хогарта дрожали. Таких безрассудных поступков он не совершал с детства, когда вместе с братом лазал по каменоломням и исследовал пещеры. Когда они возвращались домой, обычно именно у Курта были разбиты колени и разорваны штаны, но выговор неизменно доставался Петеру, старшему. Тогда ему было двенадцать, а теперь уже за сорок, и, если не считать регулярных пробежек, он был совершенно не готов к подобным вылазкам.

Когда он снова, на дрожащих ногах, заглянул в ущелье, то увидел примерно в двух метрах ниже разбитый черный «мерседес», застрявший в расщелине. Капот был смят гармошкой, и его намертво заклинило в скале. Несколько камней, сорвавшихся из-под ног Хогарта, лежало на багажнике. Неудивительно, что машину до сих пор никто не достал. Вытащить ее можно было только с помощью вертолета. Даже задача извлечь из искореженного корпуса два тела представляла собой смертельно опасное дело.

Хогарт задумался, как спасателям удалось вытащить тела Эрнеста Бомана и его жены из груды обломков. И тут он заметил веревки, обвитые вокруг деревьев и закрепленные карабинами, концы которых свисали в расщелину. Видимо, по ним спасатели и спускались вниз. Он наклонился вперед, всматриваясь в глубину, и различил узкий выступ скалы, уходивший под обломки машины. По одной из веревок можно было спуститься на этот выступ, а оттуда — осмотреть автомобиль поближе.

Карабин держался надежно, веревка не была ни пересохшей, ни потрескавшейся. Обмотав ее вокруг тела, Хогарт осторожно спустился на пару метров вдоль скалы, пока не коснулся ногами выступа. Рядом с ним висел перевернутый «мерседес», зажатый между камнями. Машина врезалась в расщелину с такой силой, что даже землетрясение не смогло бы ее освободить. Все четыре колеса были спущены, колпаки отсутствовали, стекла разбиты, а решетка радиатора и бампер свисали с кузова рваными клочьями. На двери со стороны пассажира и на крыше еще виднелись следы гидравлических ножниц, которыми спасатели разрезали металл, чтобы извлечь тела. Прижимаясь к скале, Хогарт подобрался к машине и заглянул внутрь. Ключ зажигания был вынут, бардачок пуст. Кожаные сиденья разбухли от дождя, как и меховые накладки на руле и рычаге переключения передач. Одометр показывал более 215 тысяч километров, а стрелка топливного датчика вяло застыла в красной зоне.