Книга Мой внутренний ребенок хочет убивать осознанно, страница 129 – Карстен Дюсс

Моя работа в подвале продвигалась успешно, и вскоре после часа дня я все закончил. Я как раз принял душ и переоделся в своей квартире, когда позвонила Лаура.

— Я совсем забыла написать что-нибудь на туалетном зеркале в благодарность за прекрасный вечер, – сказала она.

Я внутренне рассмеялся. С Лаурой было удивительно легко. Уже один только факт, что вчера мы ни словом не обмолвились об «отношениях», а просто наслаждались друг другом, поднял ее рейтинг в моих глазах.

— Это объясняет, почему мое утро до сих пор было таким безмятежным, – ответил я. – А твое как?

— Абсолютно спокойное. Я отвела Макса в детский сад в половине девятого и пошла на работу. Сейчас у меня как раз обеденный перерыв.

В половине девятого я как раз привязывал последнюю кабельную стяжку к лодыжкам ее брата. С телефоном в руке я прошлепал по коридору и приоткрыл дверь спальни. Курт лежал на кровати – оглушенный, но с открытыми глазами.

— Что слышно о твоем брате?

— Ничего. Но меня это не удивляет. Когда он в глубоком дерьме, он всегда поначалу тихарится. Иногда месяцами не объявляется, если потерпел грандиозный крах.

Это успокаивало. Лаура не так скоро хватится своего брата. До Курта наконец дошло, что я стою в дверях спальни, и в глазах его возник вопрос.

— Огромный привет от твоей сестры! – шепнул я ему, прикрыв одной рукой микрофон телефона.

Правда, носок, зафиксированный клейкой лентой, помешал Курту ответить на приветствие.

— Увидимся на заседании совета? – спросил я Лауру.

— Конечно. Дискуссию о климатически нейтральном детском саде я не пропущу. Ты уже разговаривал с практиканткой по поводу конца света, который устроили Макс и Эмили?

— Нет, но собираюсь сделать это прямо сейчас.

Мы положили трубки. Как легко с этой женщиной.

Я спустился в детский сад. Не только из-за разговора с Лаурой, но прежде всего для того, чтобы угодить моему внутреннему ребенку, я хотел наконец прояснить дело с практиканткой и концом света. Как отец. Без разницы, что думали об этом другие матери. Я постучал в дверь Сашиного кабинета и вошел. Саша как раз занимался строительными планами детского сада. Когда я появился, он удивленно взглянул на часы:

— Бьорн? До заседания совета еще полно времени…

— Да. Но я хотел перед этим побеседовать с Леди Капитуляцией о запрете фруктового пюре.

— С какойЛеди?

— С Леди Капитуляцией. Мнемонический прием. Как зовут эту практикантку, еще раз?

— А, ты имеешь в виду Фрауке?

— Точно. Я хочу поговорить с Фрауке.

— Как отец Эмили или как представитель родительского комитета?

— Ты спрашиваешь как друг или как директор детского сада?

— Как директор детского сада, я вынужден тебе указать, что при проблемах с воспитательницами родители должны следовать определенному административному порядку. Это значит, что они обращаются либо в родительский комитет, либо ко мне. После этого родительский комитет может побеседовать с воспитательницей в присутствии детсадовского начальства.

Для бывшего водителя мафиози Саша очень быстро усвоил все формальности, необходимые для корректного руководства детским садом. Но благодаря этим своим способностям он и стал директором.

— Я здесь как отец. Состоящий в родительском комитете. Что ты мне скажешь как друг?

— Как друг, я робко намекну, что разговор в таком раскладе – родительский комитет, директор детского сада, практикантка, – конечно же, несколько щекотливый. Двое старых белых мужчин и одна молодая женщина – так, вообще-то, не пойдет.