Книга После нас, страница 128 – Катерина Затула

Я снова посмотрела в зеркало. Женщина в отражении выглядела безупречной, недоступной и совершенно не похожей на ту идиотку, которая пять дней прислушивалась к каждому звуку лифта. Такой женщине не присылали банковскую карту в надежде купить её хорошее поведение. Такой вообще не пытались назначить цену. Потому что такая не продавалась. Именно то, что нужно.

Я ещё несколько секунд смотрела на себя.

— Ты нарядилась ради дочери, Аверина, — строго сообщила отражению. — Только ради дочери.

Отражение выглядело так, будто не поверило ни единому слову.

Для Алисы я выбрала светлое платье из тонкого хлопка. Небольшая пышная юбка, вышитые по подолу белые цветы, короткие рукава-фонарики.

— Сегодня важный день, — объяснила я, хотя понимала, что Алиса вряд ли уловит смысл. — Мы поедем к папе.

Алиса подумала, потом всё-таки отпустила куклу и позволила натянуть платье через голову.

— Вот видишь. Совсем другое дело.

Я застегнула маленькие пуговицы на спине, надела ей белые носочки и мягкие туфельки. Тёмные кудри расправила, убрала волосы от лица и закрепила сбоку маленькую заколку с белым бантом. Алиса немедленно попыталась её снять.

— Нет, зайка.

— Неа.

— Зайка, ну пожалуйста.

— Неа.

— Ты вся в отца.

Алиса нахмурилась ещё сильнее и посмотрела на меня с таким возмущением, будто я только что нанесла ей личное оскорбление. Я немедленно передумала.

— Моя дочь, — улыбнулась я. — Определённо моя.

Я посадила её перед зеркалом.

— Посмотри, какая красивая девочка.

Алиса увидела своё отражение, потрогала бант и неожиданно улыбнулась. Я смотрела на неё и чувствовала, как к горлу медленно подступает ком. Красивая до невозможности. Тёмноволосая, кареглазая, серьёзная. Настолько похожая на Никиту, что теперь мне самой было трудно понять, как я вообще рассчитывала скрывать очевидное.

Я присела рядом и обняла её сзади. В зеркале мы выглядели нарядными, почти праздничными: Алиса в светлом платье, я — в белом шёлке и бриллиантах. Можно было подумать, что мы собираемся на семейный праздник, а не к адвокатам. Только наша семья всегда состояла из нас двоих. Сегодня у Алисы официально появится отец. Всё остальное не должно было иметь значения. Не сегодня.

Алиса поймала мой взгляд в зеркале, нахмурилась и дотронулась ладошкой до моей щеки.

— Мам.

— Всё хорошо, зайка. — Я поцеловала её в висок. — Просто мама немного волнуется.

Телефон завибрировал:«Иван внизу».Ровно десять. Конечно. Я написала:«Мы спускаемся».Ответ появился мгновенно:«Я в машине».

Сердце дёрнулось. Я перечитала сообщение ещё раз. Никита приехал сам. Я быстро подошла к зеркалу в прихожей. Поправила волосы, промокнула губы салфеткой и нанесла ещё один слой помады. Затем одёрнула платье на бёдрах, повернулась боком, проверяя, как оно сидит, и только после этого поймала собственный взгляд и замерла.

— Господи, Аверина…

Он говорил о тебе со своей бывшей женой так, будто ты шлюха. Пять дней не приезжал. Не извинился. Прислал вместо себя дорогое платье и банковскую карту. А тебе хватило одного сообщения о том, что он стоит внизу, чтобы броситься к зеркалу и проверять, достаточно ли хорошо выглядит в этом платье твоя задница. Хотя это уже было откровенной глупостью. Моя задница всегда выглядела охренительно. Более того, я совершенно объективно считала её одной из лучших частей своего и без того безупречного тела.Так зачем я вообще её проверяла? Вопрос риторический. И абсолютно унизительный.