Книга После нас, страница 161 – Катерина Затула

— Настоящие профессионалы. По руке на талии определили.

— Тебе смешно?

— Пока да.

Никита ничего не ответил. Я продолжила читать. Дальше шло короткое перечисление его состояния, компаний, политических связей и развода с Кристиной. Под фотографией бывшей жены стояла подпись: «Предпринимательница Кристина Романова долгое время считалась одной из самых красивых жён российского списка Forbes». Ниже разместили нашу с Кристиной старую фотографию. Мы стояли на открытии её очередного бутика, обнявшись и улыбаясь в камеру. Снимку было не меньше четырёх лет.

«Как удалось выяснить нашей редакции, спутницей миллиардера оказалась Екатерина Аверина — близкая подруга Кристины Романовой. Девушки много лет появлялись вместе на закрытых мероприятиях и не скрывали дружеских отношений. Более того, Аверина некоторое время работала личной помощницей Азаматова. Когда именно деловые отношения переросли в романтические, неизвестно».

Улыбка исчезла с моего лица. Следующий абзац начинался с осторожного: «По некоторым данным». Формулировка, после которой можно было написать любую мерзость и не отвечать ни за одно слово.

«В окружении бывших супругов утверждают, что близость Азаматова и Авериной началась ещё до официального расторжения брака. Если эта информация подтвердится, новое появление миллиардера рискует обернуться не просто светской сенсацией, а историей о предательстве между близкими подругами». Я перечитала предложение дважды.

— Быстро они.

Никита крепче обхватил меня за талию.

— Это предположение. У них нет информации.

— Зато есть фотография меня с Кристиной. Этого вполне достаточно.

Я пролистала ниже. Там уже нашли моего отца. Конечно. С экрана на меня смотрел папа — в тёмном костюме, возле входа в какой-то правительственный зал. Фотография была официальной и совершенно не подходила к грязному намёку в тексте.

«Впрочем, неизвестной Золушкой новая спутница миллиардера не является. Екатерина — дочь известного предпринимателя Андрея Аверина. Семья владеет крупными активами, а сама девушка с юности вращается в кругу самых состоятельных людей столицы. В светской хронике она появлялась редко, предпочитая оставаться в тени более публичной подруги».

— Хотя бы не Золушка, — пробормотала я. — Папа будет рад. Всю жизнь строил империю, чтобы однажды прославиться как отец очередной любовницы Азаматова.

Лицо Никиты мгновенно стало жёстче. Рука на моей талии сжалась, прижимая крепче. Он взял меня за подбородок и повернул к себе. Несколько секунд молча смотрел в глаза, затем медленно провёл большим пальцем по моей нижней губе.

— Не называй себя так. Я больше я не хочу слышать от тебя это слово. Поняла меня?

— Это не я. Это теперь моя официальная должность в интернете.

Он несколько секунд смотрел мне в глаза, словно решая, стоит ли продолжать спор. Затем отпустил мой подбородок.

— Твоему отцу уже сообщили?

— Если ещё нет, то скоро сообщат. Думаю, кто-нибудь уже готовит ему утренний доклад о моих карьерных достижениях.

При одной мысли об этом у меня свело желудок. Отец ненавидел публичность. Все годы он старательно держал семью вдали от прессы. Артём появлялся только в деловых новостях. Мама — на редких мероприятиях. Я же вообще могла годами не попадать в объективы, если рядом не было Кристины или кого-то из мужчин, чьи лица журналисты узнавали быстрее моего. До сегодняшнего утра.