Книга Позорница ректора академии драконьей крови, страница 111 – Ксения Соболева

Я подняла поднос чуть выше.

— Выполняю распоряжение хозяйственного крыла, ваша светлость.

— Распоряжение хозяйственного крыла, - повторил он.

Теперь уже обернулись почти все рядом. Слишком много людей услышали: кадетка академии, пусть и низкого происхождения, пусть и под взысканиями, обслуживает закрытый вечер домов. Это было допустимо, пока оставалось незаметным. Но произнесённое вслух, в центре зала, рядом с Советом и ректором, оно приобрело другой оттенок. Унижение стало видимым. А видимое унижение требует от благородных либо одобрить его, либо сделать вид, что это недоразумение.

Каэль медленно перевёл взгляд на магистра Орна, который как раз вышел из бокового прохода и теперь застыл у колонны. Седая леди Сайра стояла чуть позади, лицо её было непроницаемо. Светловолосый представитель Совета, напротив, с любопытством улыбался.

— Кто назначил кадетку Вейр в службу вечера? - спросил Каэль.

Орн поклонился.

— Хозяйственное распоряжение, согласованное с дисциплинарной частью, ваша светлость. Учитывая ограничение её учебного допуска и освобождение от физических нагрузок, вспомогательная служба была признана уместной формой полезного участия.

Как красиво. Полезное участие. Почти подарок.

Каэль посмотрел на меня. Потом на мой поднос. Потом снова на Орна.

— Понятно.

В этом «понятно» ничего хорошего для Орна не было. Но дальше Каэль сделал не то, чего ждали все. Он не приказал мне уйти. Не велел поставить поднос и вернуться в служебную зону. Не отчитал. Он подошёл, спокойно взял поднос из моих рук и передал ближайшему распорядителю.

У меня внезапно стали пустыми ладони.

— Кадетка Вейр, - сказал он, и голос его стал чуть ниже, но по-прежнему слышен залу. - Раз вы уже присутствуете на вечере благородных домов, было бы невежливо позволить вам провести его исключительно у стены.

Я смотрела на него, не понимая.

Он протянул руку.

— Первый танец, кадетка.

Тишина наступила не сразу. Сначала музыка продолжала играть. Потом один из музыкантов сбился. Потом остальные тоже почувствовали изменение в зале, и мелодия на миг провисла, как ткань, которую перестали держать. Разговоры оборвались. Бокалы замерли у губ. Эвелина побелела так резко, что её алое платье стало казаться слишком ярким. Мира открыла рот. Селеста улыбнулась - медленно, восхищённо, почти счастливо. Орн выглядел так, будто у него на глазах загорелся архив с компроматом. Представители Совета не пошевелились, но я почувствовала их внимание кожей.

Ректор Академии драконьей крови приглашал позорницу на танец.

Не ученицу великого дома. Не наследницу союзной линии. Не дочь попечителя. Девочку, которую вчера ещё можно было отправить подавать напитки, а до этого - наказывать, клеймить, подозревать, ставить против Вальтора, обсуждать как объект контроля или смерти. На виду у Совета. На виду у Эвелины. На виду у всех, кто ещё минуту назад принимал мой поднос как естественное положение вещей.

Я должна была отказаться.

Разумная часть меня мгновенно перечислила причины. Это ловушка. Каэль делает ход в своей игре, не объяснив правил. Совет теперь точно увидит, что я для него важна. Эвелина возненавидит ещё сильнее. Бал превратится в скандал, и завтра весь академический мир будет говорить не о том, что я услышала в коридоре, а о танце с ректором. Возможно, именно этого он и хочет: перекрыть опасный разговор более громким событием, сменить повестку, как сказала леди Сайра, вернуть контроль над повествованием. Откажусь - унижу его публично и лишусь единственного щита. Приму - окажусь в центре новой клетки, только на этот раз золотой и музыкальной.