Книга Сбежать от зверя. Прощение, страница 33 – Анна Владимирова

Зря я подумал о ней. А ведьмак так хорошо отвлекал все утро своими досмотрами…

— Тахир, проходи.

Я моргнул на двери перед собой, опустил взгляд на пружинивший ковер под ногами и посмотрел в проем. Нас ждала парочка вдьмаков-ученых, судя по виду, запаху и нездоровому блеску в глазах. Они встречали нас чуть ли не в коридоре, и я уже подумал, что меня снова ощупают, когда мне протянули руки:

— Гнедин Прельский, руководитель отдела по учету препаратов, производных и…

— Тахир, – перебил его я, нетерпеливо проходя мимо его подозрительно бледной ладони.

До второго тоже не снизошел.

— Это Севас Дольский, Тахир, – сгладил момент Довлатыч. – Он как раз может рассказать нам много интересного о нашем видео. А Тахир Муратович Сбруев – мой коллега по расследованию, ведущий судья Верховного отделения.

Я кивнул короткому крепышу, дышавшему мне в правое подреберье. И вернулся на шаг, чтобы получить удовольствие от того, как он еще и голову запрокидывает, чтобы меня рассмотреть.

— Мне можно лапу не протягивать, я всего лишь верный пес на контракте, – оскалился я.

Когда только я успел стать судьей? Ах да – когда Довлатыч проворонил Демьяна в стенах следственного изолятора. Но об этом позже. А пока что меня все бесило. Довлатыч реально думал, что ему тут кто-то что-то расскажет? Он из отдела расследований. Никто ему тут не доложит, что у них за корпусом кладбище домашних животных. Хотя я бы с удовольствие покопался с лопатой на заднем дворе.

— Кофе? Чаю? – пролепетал кто-то позади.

— Виски, – буркнул я и прошел к предложенному креслу.

— Со льдом? – удивили меня.

Я даже обернулся.

Секретарь тоже смотрела на меня снизу— вверх, но… секретарем эта пигалица не была. Ногти коротко острижены, соломенные волосы торчком, от самой разит какими-то лекарствами, а наскоро натянутая блузка явно чужая и больше подходила кому-то с более пышными формами. На меня тут продают билеты, что ли?

— Без, – процедил и перевел взгляд на ученых. – Давайте к делу. Что такого вы тут делаете с оборотнями, что они выползают такими покалеченными?

А веды собирались мне что-то сказать, но не готовы были услышать такое в лоб.

— Подождите, – усмехнулся коротышка. – Это обвинение?

— Это экономия времени, – развалился я с удобством. Довлатыч молчал, выжидающе взирая на ответчиков. – Сами по себе оборотни так не извиваются в обороте.

— Все же позвольте ответить на этот вопрос тому, что в этом разбирается, – улыбнулся снисходительно коротыш. От его «масляного» голоса захотелось обтереть морду бумажным полотенцем. – Еще как! У вашего брата бывают подобные проблемы. Мы как раз изучаем вариации и собираем подобные случаи. И нет, ваш подозреваемый никогда ранее не был в стенах Института. Да и причины понятны – он в бегах от закона.

А вот теперь до меня дошло, зачем Довлатычу понадобилось тащить меня сюда через все эти сканнеры и терпеть мое недовольство. Ведьмак ведьмака… вертел, в общем. Тут ему магическое читерство не очень поможет – они равны по силе. А вот один собаку съевший на таких делах волчара может с точностью детектора сказать – этот коротышка врет. Хоть бы систему перемигиваний заготовили! Или Довлатыч мне выдал безлимит на сарказм?

— Поверьте, господин ученый, при всем моем опыте расследований, а в судейском кресле я еще даже посидеть не успел – Артур Довлатович не даст соврать – такого я не встречал.