Книга Чужие среди своих, страница 78 – Lost In Space

Экипаж праздновал. Они сидели на привинченных к полу диванчиках, стояли вокруг металлических столов, хлопали друг друга по спинам и громко, перекрикивая гул накопителей, обсуждали недавно завершившийся бой.

Как только я переступил порог, гвалт на секунду стих, а затем взорвался с новой силой.

— А вот и наш шпион! — взревел стармех Михалыч, поднимаясь из-за стола. Его комбинезон был прожжен в нескольких местах, лицо покрывала густая смесь сажи и машинного масла, но улыбка была такой широкой, что, казалось, сейчас треснет по швам. — Макс! Живой, чертяка!

Он подошел и сгреб меня в медвежьи объятия, едва не сломав мне ребра во второй раз за день. — Осторожнее, Михалыч, из меня там Док еще не все трубки вытащил, — прокряхтел я, хлопая механика по могучей спине.

— Ничего, до свадьбы заживет! — отмахнулся стармех. — Ты видел, как мы их, а?! Видел, как наш золотой купол вскрыл их флагман, как консервную банку?! Я думал, у меня реактор сейчас от натуги через дюзы выплюнет, но выдержала старушка! Выдержала!

— Это потому что кто-то, не будем указывать мохнатым пальцем, вовремя перенаправил потоки охлаждения! — раздался писклявый, но невероятно гордый бас с другого конца стола.

Я посмотрел туда и не смог сдержать улыбки. На столе, прямо посреди тарелок с разогретыми сублимированными пайками и пластиковых стаканов, восседал Гриня. Наш бортовой хакер, гений микросхем и полноправный представитель гордой расы Хромбов. Огромный, размером с откормленного кота, хомякоид стоял на задних лапах, уперев передние в бока. Его комбинезончик был заляпан еще сильнее, чем у Михалыча, а один из круглых ушей был слегка подпален.

В правой лапке Гриня сжимал крошечную, выточенную из какой-то гайки рюмку, до краев наполненную прозрачной жидкостью.

— Вы, лысые приматы, можете сколько угодно хвалить своего капитана и этого диверсанта с крашеными глазами, — вещал Гриня, обводя притихший экипаж снисходительным взглядом черных бусинок. — Но если бы я не замкнул резервный контур Предтеч на главную шину, мы бы сейчас не водку пили, а разлагались на атомы в гравитационной микроволновке! Так что предлагаю тост! За гений инженерной мысли! За меня! И, так уж и быть, за вашу невероятную, первобытную удачу!

С этими словами хомяк опрокинул гайку-рюмку в пасть, смешно сморщил нос, фыркнул, издав звук, похожий на чихание миниатюрного трактора, и занюхал выпитое куском сублимированной колбасы.

Кают-компания взорвалась смехом и звоном пластиковых стаканов.

Я протиснулся к бару, где Док, сменивший медицинский халат на обычную рубашку, наливал желающим знаменитый «Аскольдовский коктейль» — смесь медицинского спирта, аскорбиновой кислоты и яблочного ароматизатора. На вкус это было как ракетное топливо, но расслабляло мгновенно.

— Держи, герой, — Док сунул мне в руку стакан. — Только не вздумай мешать со стимуляторами, которые я в тебя вколол. А то сердце решит, что оно гипердвигатель.

Я кивнул, сделал осторожный глоток, чувствуя, как огненная жидкость прокатывается по пищеводу, и обернулся. В углу, немного в стороне от общего веселья, сидел капитан Воронов. Он не пил. Перед ним стояла кружка с крепким черным чаем. Командир выглядел постаревшим лет на десять. Только сейчас, когда напряжение спало, стало видно, чего ему стоило провести корабль по лезвию бритвы.