Книга Перелом, страница 56 – Полина Ром, Дмитрий Лим

Он легко вошёл под рёбра, встретив на мгновение сопротивление, а потом свободно скользнув внутрь. Шаман ахнул — не крикнул, а именно ахнул, как человек, которого внезапно толкнули. Он посмотрел на меня с глупым детским удивлением. Потом взглянул на рукоятку ножа, торчащую у него в животе.

Я не стал ждать, пока он упадёт. Резко выдернул клинок и отошёл в сторону. Он медленно осел на колени, обхватив себя руками. Он что-то пробормотал, глядя на свои красные ладони.

— Я Говорящий с духами… — с трудом выдавил он, и в его глазах мелькнуло что-то вроде вопроса.

— Ты? Нет! — тихо ответил я, глядя, как жизнь покидает его. — Ты — старый бесполезный кусок дерьма.

Он повалился набок, замер, дёрнулся раз, другой — и затих. Я стоял и смотрел на эту ещё одну бездыханную форму. Ни триумфа, ни облегчения я не чувствовал. Был лишь холодный, безошибочный момент поставленной точки.

Я стоял над телом Заргаса и смотрел, как кровь медленно впитывается в лесную подстилку. Пустота внутри не заполнилась ничем: ни удовлетворением, ни жалостью, ни даже облегчением. Было только чувство завершённости, как будто я перевернул страницу в книге, которую давно уже пора было закончить.

Пнул его ногой, проверяя, не притворяется ли. А хотя…

Да куда там притворятся? Это я так, чтобы окончательно убедиться.

Старик мёртв! Определённо мёртв!

— Всё, ушлёпок, — сказал я ему громко, по привычке, хотя вряд ли он мог услышать. — Больше ты не напыхаешься, не будешь лапать малолеток… чё, выродок? Не спасли тебя твои духи? А знаешь почему? Потому что их никогда и не было! — я усмехнулся и неожиданно понял, что делаю «грязь». Нельзя так с умершими. Скорее всего.

Забавно, но я вдруг сообразил, что разговариваю с трупом и заткнулся. Вытер нож о его одежду, затем нагнулся, схватил труп за шиворот и потащил к ближайшему бурелому. Он был на удивление лёгким, как будто его пагубные привычки уничтожали тело.

Хотя, скорее всего так и было.

В общем, засунул его под гнилые ветки, накрыл сверху прелыми листьями. Даже не накрыл — просто скинул, как дохлую собаку. Никакого погребального костра. Никаких слов. Только сухой треск веток под ногами, когда я развернулся и пошёл обратно к тайнику.

Мешок оказался тяжелее, чем я думал. Я высыпал содержимое на землю и опустился на корточки, перебирая добычу пальцами. Монеты — десятки монет разного чекана, тяжёлые, с незнакомыми гербами. Я поднёс одну к глазам: там, где должно было быть лицо правителя, проступал какой-то зверь, то ли волк, то ли медведь.

Такие монеты я ещё не видел, видимо, из каких-то дальних городов и есть шанс, что цена у них повыше, чем те, которые я собирал в каменной деревне.

Ещё были мелкие самоцветы. Именно самоцветы, а не стекляшки. Они были завернуты в промасленные тряпицы, разные по цвету и форме. Один из них был мутно-зелёного оттенка, в котором, если приглядеться, можно было увидеть что-то, напоминающее трещину. Другой, ярко-красный, лежал поверх остальных.

Но самое главное: я в них ни черта не смыслил! Для меня они — просто разноцветные камешки, которые можно выгодно спихнуть какому-нибудь богачу.

Ещё в мешке оказался свёрток, перетянутый старой кожей. Я развернул его и увидел несколько листов бумаги, исписанных странными знаками. Будто кто-то попытался нарисовать карту, но передумал и начал писать рецепт яблочного пирога. Я покрутил их в руках, пытаясь понять, что это: заклинание? Список долгов? Или просто бред старого дурака, который верил в своих духов?