Книга Два лица смерти, страница 2 – Эжен Марсэль

На Аве красовалась фенечка, которую я ей сплел из красных ниток несколько лет назад, а из одежды были только трусы, точь-в-точь как сейчас на мне. Сестра часто говорила, что ненавидит женские пыточные приспособления под названием «стринги» и «бюстгальтеры», она предпочитает мужские «слипы», а лифчик и вовсе игнорирует. Но наша мать-истеричка считает недопустимым подобный выбор. С ее точки зрения, ханжеские традиции — незыблемая основа женского поведения. Мать вечно закатывает Аве скандалы по поводу одежды, иногда обращаясь за поддержкой к мужу. Однако отец мастерски делает вид, что такая трепетная тема, как женское белье, его не касается. Он вообще предпочитает не спорить с супругой, считая умение в случае опасности притвориться «мертвым» залогом долгой счастливой семейной жизни.

Я мысленно изумлялся тому, как прекрасна сестра без ухищрений, которыми так сильно грешат наши ровесницы и женщины постарше. Как по мне, нет ничего более омерзительного, чем пуш-ап, зрительно увеличивающий грудь… Хотя нет, есть. Огромные накачанные силиконом сиськи, которые девки, ничем ни на первый, ни на второй взгляд не отличающиеся от потаскух, гордо выставляют напоказ. Особенно летом, одевшись в коротенькие платьица с вырезом до пупа или в прозрачные маечки. Тьфу, гадость какая!

Ава не такая. Она не развратница. Ее обычный наряд — джинсы и свободная футболка летом или толстый свитер зимой. Придурки из нашей школы считают сестру чокнутой из-за манеры одеваться «как мальчишка», и это меня крайне бесит. Что эти ничтожества понимают в настоящей женской красоте?!

Но сегодня вечером все недоброжелатели заткнут свои поганые рты, поскольку в честь выпускного Ава наденет красивое платье. Сестра с матерью не зря трудились над нарядом последние несколько недель. В нем Ава не просто великолепна, она сногсшибательна.

Вот поэтому ей следовало выспаться перед таким важным событием, а не нянчиться со мной.

Единственное, что омрачало мою радость за сестру, — выбор кавалера. Питер Андерсон, лучший квотербек за всю историю школьной команды. «Будущая звезда футбола» — так о нем думали большинство жителей нашего городка, а с моей точки зрения он говнюк, каких еще поискать. Когда Питер неожиданно пригласил Аву на выпускной бал, она была на седьмом небе от счастья, чего я не могу сказать о себе. Когда узнал, что этот недоразвитый спортсменишка, неспособный в уме сложить два простых числа, пригласил мою сестру на выпускной, я жутко разозлился. Одна мысль, что дегенерат Андерсон будет прикасаться к Аве и танцевать с ней, вызывала у меня тошноту. Я не понимал, почему все как одна девчонки средней и старшей школы так восхищаются Питером. Как ни крути, этот Аполлон местного разлива всерьез разглагольствовал, что способность быстро бегать — наивысшая степень одаренности, а Европа — отдельный континент, куда он отправится играть после колледжа. Ясно же как день, что его голова наполнена лишь воздухом, как футбольный мяч. Я всегда искренне считал, что сестра выше симпатий к подобным человекообразным, поэтому новость о том, что Ава тоже попалась в сети очарования Андерсона, выбила меня из колеи.

* * *

Вечером того ужасного мартовского дня 2008 года, почти за три месяца до выпускного, мы с Авой поссорились из-за ее желания принять приглашение Питера. Впервые сестра не только вступила со мной в спор, но и выиграла его. Я взбесился и решил, что мне срочно нужно успокоиться, чтобы не натворить глупостей. Дождавшись момента, когда родители сели смотреть шоу «Сделай меня супермоделью», я выскользнул из дома и отправился туда, где всегда чувствовал себя в безопасности, — к старому дубу на берегу реки.