Книга Руками не трогать, или как я стала богиней домашнего очага!, страница 137 – Марина Андреева

Идея сжечь что-то, хотя бы бумагу, вдруг показалась дико привлекательной.

Пыльник мурлыкнул одобрительно. Кажется, он тоже был не прочь что-нибудь подпалить. В знак протеста против вторжения в его личное пространство.

Три дня мы провели в состоянии осаждённой крепости. Я пыталась работать — перетягивала те самые табуреты для пекаря. Каждый стук молотка заглушал новый стук в дверь. Тилли теряла голос, объясняя, что запись ведётся. Бесполезно.

На четвертый день, ближе к вечеру, стук раздался снова. Твёрдый, негромкий, но настойчивый. Я вздохнула, отложила кожу. Кивнула Тилли. Та открыла с видом обречённого солдата.

В дверь вошёл Эрвин. Но не один. Рядом с ним шла женщина. Немолодая, строгая. Волосы убраны в тугой, без единой выбившейся пряди, серебряный узел. Платье — тёмно-серое, простого покроя, но безупречно сидящее. Её взгляд сразу оценил мастерскую. Быстро, без суеты. Уловил бардак на столе, испуганную Тилли, мою запачканную краской одежду.

— Мастерица Светлоручка, — кивнул Эрвин. Его тон был деловым. — Позвольте представить Марту Клермон. Бывший старший секретарь суда первой инстанции.

Марта слегка наклонила голову. Её движения были экономными, точными.

— Госпожа Клермон обладает необходимым опытом для наведения порядка в документообороте и планировании, — продолжил Эрвин. — Она временно свободна. Я предложил ей рассмотреть вашу вакансию.

Я смотрела на Марту. Она смотрела на меня. Её глаза были серыми, спокойными и невероятно усталыми. Но в этой усталости была сила. Сила человека, который видел всё и уже ничего не боится.

— Я буду вести ваш график, фильтровать клиентов и отвечать на корреспонденцию, — заговорила она первая. Голос у неё был низким, ровным, как поверхность глубокого пруда. — Вы говорите мне, с кем хотите работать. Я обеспечиваю встречу. Отсекаю праздных. Веду переговоры по срокам и предоплате. Моя ставка — вот такая, — она назвала сумму. Честную, даже щедрую. — Мой принцип — никаких скидок «по знакомству» без вашего прямого указа. Никаких внезапных визитов. Рабочий день начинается в восемь, заканчивается в шесть. В воскресенье — выходной.

Она закончила. Стояла, ожидая. Я была ошеломлена. Это была не кандидатка. Это было готовое решение. Спасение.

— А… а как вы с клиентами? — сглотнула я. — Некоторые бывают… настойчивые.

Уголок рта Марты дрогнул. Едва заметно.

— У меня есть опыт общения с должниками, пытающимися скрыть имущество, и с родственниками, оспаривающими завещания, — сказала она сухо. — Дворянка, желающая «росы в ядовитом саду», не относится к категории сложных.

Я едва удержалась от смеха. Она уже всё поняла. Всё.

— Но это же… хаос, — я махнула рукой на стол с бумагами.

— Хаос — это отсутствие системы, — поправила она. — Я систему создам. Вы получите чистое пространство для творчества. А этот… — её взгляд скользнул по груде записок, — ментальный мусор будет утилизирован.

Посмотрела на Эрвина. Он стоял, слегка скрестив руки, с обычным своим невозмутимым видом. Но в его глазах читалось молчаливое: «Ну?»

— Когда вы можете начать? — спросила я Марту.

— Завтра утром, — ответила она без колебаний.

— Нанимаю.

Марта кивнула. Достала из складок платья маленький блокнот и серебряный карандаш.

— Прекрасно. Теперь, для начала: все текущие письменные запросы — мне. Все визиты без предварительной договорённости — отклоняются. Сегодня я займусь сортировкой этого, — она указала карандашом на стол. — Завтра к десяти представлю первый вариант расписания и список потенциальных клиентов, соответствующих вашим, как я понимаю, критериям: реальная потребность, адекватные запросы, платёжеспособность.