Книга Сосланная жена дракона. Хозяйка Серой крепости, страница 73 – Николетта Фэй

У второй кровати заедает колесо. Корн приносит масло, Освин ругает того, кто не проверил тележку раньше, затем вспоминает, что проверять должен был он. Мы не ищем виноватого: снимаем колесо, переносим ребёнка на тюфяке и оставляем тележку у стены.

К полуночи дети находятся в центральном крыле. Мы пересчитываем их дважды: Аделина по медицинскому списку, я по койкам и лицам. Пятеро тяжёлых лежат ближе к внутренней лечебной комнате. Тайр, Иви, Мила и Реми размещены у дальней стены. Воду принесли, чистое бельё есть, окна закрыты ставнями, но вентиляционные щели остаются открыты.

Я прохожу вдоль тюфяков, проверяя не только число. У Милы кукла, у Иви заяц, жёлтый платок на месте, возле тяжёлых стоят подписанные кружки. Аделина разводит лекарства на отдельном столе и велит никому не переставлять чашки. Тайр пытается записаться в помощники, но после двух кругов начинает чаще дышать. Я отправляю его сидеть возле Иви и слежу, пока он действительно садится.

Кайрен ждёт у двери. На его рубашке осталось пятно от воды, которой мы обтирали девочку. Раньше он непременно ушёл бы к стенам сразу после переноса первой кровати, уверенный, что остальные справятся. Сейчас спрашивает, закончен ли мой подсчёт.

— Закончен. Теперь можешь идти к Освину.

Он кивает и уходит только после этого.

Снаружи Дейр пытается договориться с серыми офицерами. Большая часть обычных солдат не поддерживает Велька. Они складывают оружие у дороги или отходят к людям ревизора. Вельку остаются личная стража Морвеля и те, кто уже участвовал в уничтожении документов.

— Их меньше трёх десятков, — Кайрен читает сообщение Дейра. — Но они знают устройство крепости и стоят у западной стены.

— У нас сколько взрослых, способных носить воду и удерживать двери?

Мы считаем без красивых иллюзий. Двенадцать служителей, Корн, Освин, двое помощников Аделины, Кайрен и я. Имперские стражники снаружи не могут войти без нарушения карантина, если ворота не будут взломаны первыми.

Морвель присылает предложение через переговорное окно. Его самого удерживают в палатке, поэтому текст приносит один из серых офицеров.

Вельк отступит от ворот и пропустит ревизора из долины, если крепость передаст четыре вещи: весь архив, Селестру, Тайра и меня. Кайрен в списке не указан. Остальным обещают обычное завершение карантина после передачи.

— Он предлагает сохранить детей, — Аделина читает второй абзац. — И оставить им болезнь без лекарств, документов и свидетелей.

— Обещает, — поправляю я. — Люди, записавшие живых умершими, уже показали цену обещаний.

Тайр слышит своё имя и подходит к столу. Просит прочитать лист целиком. Я не скрываю от него условие, только пропускаю канцелярские обороты.

— Маму тоже отдать? — уточняет он.

— Да.

Мальчик разглаживает край своей рубашки, где под тканью лежит медальон.

— Тогда они опять скажут, что я умер. И она не сможет спорить.

Кайрен присаживается перед ним, сохраняя расстояние.

— Никого не отдадут.

Тайр смотрит на него внимательно.

— Это ты решил или все?

— Все, — отвечает Кайрен после короткой паузы. — Но говорить за остальных я не буду.

Тайр обращается ко мне. Я подтверждаю. Аделина тоже кладёт ладонь на лист, а Бесса из дверей сообщает, что Морвель получит разве что пустую кастрюлю, если подойдёт достаточно близко.